В гостях у Поликарпа. Шутка в тринадцати актах

Все было не так как надо, не по его. И, где бы он ни появился, он старался поправить положение вещей и проследить за правильностью действий. В трамвае он учил кондуктора правильно разговаривать с пассажирами и правильно отрывать билет, на рынке учил продавцов – продавать товары, дворников – учил мести дворы, и везде он находил недостатки и просчеты, которые тут же старался исправлять. Многие его знали в околотке, знали его страсть всех контролировать, а поэтому и прозвали его – «Контролер».

И вот решил однажды дед, по прозвищу «Контролер», чуть ли ни во сто лет, стать депутатом.

В одно прекрасное утро, когда солнышко только-только подымалось, разбудил он свою бабку и так отчаянно, смело и решительно ей заявил: хочу быть депутатом. Испугалась бабка, со сна ничего не поймет, что это с дедом случилось, аль пожар, где начался, или воры в дом залезли. Оглянулась, осмотрелась, ничего такого не увидела, и решила, что дед сбрендил.

– Что случилось то, говори толком, – тоже в голос завопила старуха.

Что это тебе приспичило с самого утра в депутаты пойти?

– А ты сама не догадываешься, старая. Столько лет вместе живем, а все не видишь, что все вокруг не так, что все требует моего глаза и участия, – расшумелся дед.

– Ты меня то не агитируй, с самого утра, – еще громче закричала старуха. – Рассказывай толком, что тебе в голову то ветром надуло.

– Приснился мне сон, что смерть за мной пришла, и так мне грустно стало, так много беспорядка вокруг, так много надо проконтролировать и исправить, а уж и смерть тут как тут.

Стал я думать, что можно сделать за оставшееся время. Здесь то меня и осенило – в депутаты надо пойти.

– И зачем это тебе в депутаты? – непонимающе вопрошала бабка.

– Как это зачем? Ради известности. Для дел праведных. Сейчас я простой, мало кому известный дед, кроме, конечно, нашего околотка, а вот стану депутатом, только обо мне говорить и будут. Ведь, если я стану депутатом, то всем придется слушаться меня и исполнять мои распоряжения. Опять же, по телевизору показывать станут и неприкосновенность дадут.

Ты вот сейчас, когда пожелаешь тогда и прикасаешься, а то и скалкой приложишься. А уж когда стану депутатом, то не моги, без моего разрешения прикасаться.

– Это для них ты будешь депутатом, а для меня дед, мне все равно, подвернешься так и получишь, – спокойно повествовала бабка, надеясь, что к обеду и эта блажь у старика пройдет.

Но дед все не успокаивался, а только еще больше раззадоривался.