В гостях у Поликарпа. Шутка в тринадцати актах

– Не понимаешь, ты, старая, что жить мы начнем по-новому. На машине тебя возить буду, на разные рауты ездить будем.

– Ты с чего это старый взял, что мне нужны, как ты их назвал там – рапуты, что ли?

– Не рапуты, а рауты. Видишь, какая темная ты, у меня. Сейчас без раутов никуда. Самое первейшее занятие для современного человека.

– Ты у меня светлый, прямо глаза режет! – возмутилась бабка. Знаешь ли ты как ходить в эти депутаты?

– А зачем мне знать? Для этого имеются специальные люди, что-то вроде технологов, но по политике, – со знанием дела, заявил дед.

– И что, они за просто так тебя учить будут? – поинтересовалась старая. – Денег ведь запросят.

– Ради доброго дела и денег не жалко, – как-то неуверенно и с испугом глядя на свою старуху, сказал старик. И для уверенности добавил, – дети, если нужно пособят. Но увидев, что его желание, стать депутатом, не находит поддержки, и решив больше не испытывать терпение старухи, встал с кровати и стал одеваться.

– Ты куда это засобирался, дед?

Пойду искать технологов, которые учат ходить в депутаты.

Иди, да смотри, не заблудись! – отвечала ему вдогонку бабка.

И пошел дед по околотку, расспрашивая всех, где ему найти таких технологов, которые помогают ходить в депутаты. Мир не без добрых людей. Подсказали деду, как найти нужных ему людей. Приняли его нужные ему люди, пообщались с дедом, весьма приветливо, да и попросили показать сначала деньги, а уж потом и просьбу его пообещали исполнить.

Обрадовался дед такому повороту событий, быстренько вернулся домой, достал, тихонечко от бабки, свою заначку, и бегом назад. Обрадовались и те, к кому обратился дед, так как заначка оказалась не маленькой. Видимо долго дед копил денежки.

Будешь ты дед депутатом, – уверенно сказал один из технологов, видимо старший. Так определил его дед.

– Но для этого и тебе придется постараться, дедуля.

– Уж я то постараюсь, – заверил их старик.

И началась тут круговерть, что и черти бы позавидовали. Бедный дед и не подозревал, что все так обернется. Стали его везде возить, то в салон красоты, то на телестудию, то в фотоателье, то на встречу с жителями, то какие-то журналисты допытываться стали, как жил, да что делал. Никакого тебе покоя и отдыха.

Через три дня он перестал себя узнавать. По ночам соскакивал и речи читал, по десять раз на дню зубы чистил, да всего и не перечислишь.