Кабы не радуга

На высокий третий этаж нелегко подняться.

На кефире фольга зеленая, а на ряженке золотая,

как будто нимб, а ряженка эта – святая.

До дома пять минут неспешного хода,

два квартала, как до конца отчетного года.

На углу Фира встречает инженера с молмаслозавода.

Пять минут разговора о том о сем по порядку,

инженер – болельщик, а вчера забили в девятку.

В Кремле открылся пленум, а у мамы язва на язве,

на Пушкинской новая булочная, но за этим усмотришь

разве?

Навстречу Эсфири – Юдифь в платье из китайского шелка.

В руках у Юдифи черная клеенчатая кошелка,

в кошелке что-то большое, круглое – это, наверно,

кочан капусты. Или голова Олоферна.

""Не хочешь – не надо!" – говорит мама…"

"Не хочешь – не надо!" – говорит мама

и уносит тарелку остывшего супа

на кухню. Скорее всего, подогреет и принесет обратно.

Надо бы сразу съесть. Сопротивляться глупо.

Но ситуация повторяется многократно.

С утра – детский садик. Средняя группа.

Огромные няни.

Ряд белых ночных горшков за занавеской

зеленой, застиранной, в бывший желтый горошек.

Прогулка по улочке – солнечной, пыльной, одесской.

Открытия в области сравнительной анатомии —

без объяснений.

Рисовать положено море с корабликом или зайчика

на полянке,

или кактус и фикус – весь набор домашних растений,

но мальчики чаще рисуют танк и солдата на танке.

Танки едут в столицу Венгрии или еще куда-то,

куда скажут-прикажут, – солдат рискует разбить коленки.

Все зависит от времени, то есть какая дата

на отрывном календаре, висящем на стенке.

Хороша, заманчива участь солдата:

у него и повидло слаще, и какао без пенки.

"Как река разветвляется в устье, в конце пути…"

Как река разветвляется в устье, в конце пути

жизнь существует в нескольких – трех или пяти

вариантах, как ни старайся, единства в ней не найти.

Женитьба, аборты и все же – рожденье детей,

правленье диктатора с набором жестоких затей,

святейший владыка – значит, святого святей.

Смена времени, места, бегство, новые берега,

шелестит осока, воспитательница была строга,

при дележке кому-то достался лишний кусок пирога.

Он съел и не подавился, не встал поперек кусок,

зарывается маленький краб во влажный песок,

связан петух, тетка точит нож о брусок.

Вчера несуна задержали на проходной.

Куда ты торопишься? Выпьем еще по одной.