Хроники параллельного мира. Книга 1. Умереть, чтобы жить

И голос, как мне говорят, звучит как металлом по стеклу. Затем я начинаю тихо злиться, а злость переливается в раскаленную ярость. В таком состоянии я могу сказать или сделать все что угодно, и потом жалеть не буду.

Мэтт опустил глаза:

– Я принес вербену.

Я вопросительно подняла бровь.

– От вампиров помогает. Я говорил, они могут подчинять людей своей воле, но против вербены бессильны. Можно обезопасить себя от принуждения, если принять внутрь. А для вампиров она как кислота – сжигает все, и на коже, и внутри.

Я недобро усмехнулась:

– Молодец, что принес.

Мы принялись жарить рыбу, и обстановка со временем разрядилась. Проверив костер, я посмотрела в небо и запахнула куртку. Уже давно стемнело. С озера дул прохладный ветерок, медленно двигая редкие облака. Словно бледные айсберги, они плыли в кромешной темноте… И лишь полная луна разгоняла тьму.

Полная луна.

Меня как ошпарили. Я чертыхнулась и просипела:

– Мэтт!..

– Что?

Оборотень вздрогнул и замер, боясь посмотреть вверх.

Но взгляд помимо его воли поднялся на луну…

– Бегите, – прохрипел Мэтт.

Внезапно тело дернулось в судороге. Он упал, приглушенно не то крича, не то кашляя. Мы стояли, как заколдованные. Остальной мир исчез. Что-то кричало: «Беги, дура!»

Но тело стояло, а глаза смотрели. Оборотень закричал на весь лес, нога свернулась под неестественным углом, руки стремительно покрывались густой черной шерстью.

– БЕГИТЕ!!! – из последних сил крикнул он.

Это слово оказалось последним, что он произнес.

Крик плавно перешел в рычание, конечности сворачивались, одежда рвалась.

Только тогда я вышла из потрясения и схватила Стени за руку:

– Бежим!

Она не двигалась. Как истукан.

– Стени, он убьет нас! СТЕНИ!!!

Никакой реакции. Я больно ударила ее по руке и зарычала:

– Стени. Я твои потроха хоронить не собираюсь. Он убьет тебя и меня… СТЕНИ!

Мы обе видели, как сплющилась голова, появились клыки. Оборотень перестал дергаться и моргнул.

Человеческие глаза превратились в волчьи.

Глаза хищника, в которых читался лишь голод и злоба.

Тогда Стени опомнилась. И мы побежали.

Есть известный факт. Если человек боится чего-то, то бежит намного быстрее, чем может. Я не верила.

Теперь верю. Мы бежали так, как никогда раньше. Страх за жизнь подгонял нас не хуже плети. Мимо со страшной скоростью проносились деревья. Бесконечные ямы и корни преграждали путь. Мы их не замечали, перепрыгивая на уровне инстинктов.