Неправильные герои. Сборник рассказов

– Ну, ну, – завершил диалог Лёха, – ты, Артурка, иди к костру, погрейся, а то замёрзнешь до смерти и кранты моему институту философии.

У костра стояли чурбаны, Артур Каримович примостился на один из них. Вытянул ноги и руки к огню. Замёрз настолько, что прошла, может, минута, а то и более, когда, наконец, конечности почувствовали жар. Стопы и пальцы на руках заломило теперь от тепла. Видать сильно они были переморожены. Лицу и груди тоже стало тепло, зато спину сковывал мороз, и пришлось повернуться спиной к костру.

Так он и ворочался, подставляя огню то бока, то спину или грудь, а Али с Иван Ивановичем воткнули около костра два кола с рогатинами на концах, а между ними перекинули жердь, к которой подвесили котелок.

Из маленькой двери землянки согнувшись, вышел Лёха, в руках он держал байковое одеяло.

– На вот, возьми, – протянул он одеяло Артуру Каримовичу, – а то ворочаешься, словно сопля на сковородке.

– Спасибо, – только и сказал Артур Каримович и накинул протянутое одеяло на плечи, закрыв спину.

Подумал, что ничем сейчас брезговать не надо, а доберётся до дома, сбреет все волосы и на голове и на всех других частях тела, выбросит всё, в чём сейчас одет, проведёт полную дезинфекцию.

С прикрытой спиной жить оказалось много теплее, от тепла он посоловел и лениво наблюдал, как в котелке готовится закипеть вода.

В поле его зрения появился Иван Иванович с поллитровой бутылкой.

– На, хлебни!

Артур Каримович молча покачал головой

– Брезгуешь? – пробасил Иван Иванович и сам отхлебнул из горла.

Вслед за Иван Ивановичем из бутылки отхлебнул Лёха, а потом Али. Когда Али запрокинул голову для того, чтобы отпить из бутылки, вязанная куполообразная шапочка с его головы слетела, раскрыв чёрные волосы достаточно длинные, почти закрывающие уши. Артуру Каримовичу с удивлением почудилось, что Али очень похож на его нового маркетолога – Таню Клопову.

Но он быстро забыл об этом своём наблюдении, потому что краешком глаза уловил шевеление по краю своего одеяла. Скосил глаза и увидел медленно ползущих двух клопов. Тельца их были раздуты, очевидно, они уже напились крови, его, Артура Каримовича крови. Он вскочил, сорвал с себя одеяло, и начал его остервенело трясти, оттряхивая от пыли и насекомых.

– А чистоплотный у нас Артурка, хохотнул Иван Иванович. На одного вертухая у нас в Дальлаге похож.