Сквозь високосный год. Поэтические хроники. Книга вторая

Среди тысяч проблем в сутолоке дней

Повиниться, увы, перед ней забудем,

Что так мало часов отпустили ей…

Но к чему так грустить? Много их сгорает

По утрам во дворах в снежном январе…

Только жаль, что не все сердцем понимают —

Души наши там жгут на большом костре…

О том, что будет

День наступит и скажет мне жизнь:

Подводи-ка итоги

И друзей собери на последний

Ты свой юбилей

И отпразднуй, как надо,

Совсем ведь осталось немного…

Не вина и не денег, не песен,

Не слов не жалей.

Я бы рад был собрать их

За нашим последним застольем,

До утра засидеться, запеться,

Напиться сполна,

Только нет их, друзей,

Я их всех растерял и не скрою,

Между нами однажды

Забвения встала стена.

Ни к чему мне теперь ни почёт,

Ни былые заслуги.

Без друзей я ничто,

Но могу ли я что изменить?

Даже память и совесть,

Когда-то вернейшие слуги,

Меня нынче не хвалят

И готовы во всём обвинить.

…День наступит и скажет мне жизнь:

Подводи-ка итоги,

На столе твоём что-то

Давно застоялось вино.

Не прошу я прощенья у тех

Позабытых и многих,

Потому что не будет

Прощения мне всё равно…

Зря у иных плохая память

Мы за себя умеем постоять

И зря, что у иных плохая память,

Им помниться, как мы шагали вспять,

Но теми же усталыми ногами

Не кто-нибудь, а мы вошли в Берлин

От Волги прошагали пол-Европы!

Теперь они ракеты обрели,

Чтобы на прочность снова нас попробовать.

Мы говорим: не надо, господа!

Не надо русских лишний раз испытывать.

Ведь вам Москвы не видеть никогда —

Ведь вы – не мы. Мы – дети победителей…

Нам так удобней

В парадной суете под свет софитов

Мы научились много громких слов,

Красивых слов произносить открыто,

А правду прятать в ящики столов…

Мы быстро научились славословить

И лить на души приторный елей,

А нам бы взять и прямо позлословить,

Мол, что не год – то «славный» юбилей…

Но мы привыкли праздновать «победы»

И обмывать чужие ордена…

Ведь так удобней – даром есть обеды,

Да пить за здравие на них вино до дна.