Мотылёк

Красиво поёт! И сам красивый. Хотя, чего в нем особенного? Нос кривой, щетина на подбородке жиденькая торчит. Но для Вики здесь все красивые. Потому что свои, почти родные. Вот Наташка Замрикова, с которой они на истфаке с разницей в курс учатся, маленькая, шустрая, под мальчика стрижена, платье сроду не наденет. Все её в шутку «братан Натан» называют. Вот Юрик с химического, прыщавый, лопоухий, смешной, а все равно милый, потому что свой.

Сидели почти до одиннадцати. Инфак отдельным корпусом на отшибе стоит.

Охраны здесь нет, одна лишь бабка-вахтёрша. Но она ничего не скажет, можно хоть всю ночь гужбанить. Однако пора и честь знать. Прибрали за собой, оделись. Когда Пёрышкин складывал бумаги в свой старенький дипломат, Вика заметила, что у него там лежат кошачьи консервы.

– А вы, Владислав Иванович, никак на диетическое питание перешли?

Пёрышкин улыбнулся.

– Да вот, врачи прописали… Кошку я завёл, уж полгода как. Уродина она у меня: жёлтая, глаза узкие, хвост короткий.

Хакамадой назвал. Скучно мне одному, тоскливо.

На остановку шли все вместе, весело болтая. Знакомая дорога. А вон и здание знакомое. Сколько раз мимо него проходили – большое красивое, со стеклянной крышей, с узорчатым орнаментом по фасаду, с высоким забором. Вывески никакой нет, но весь город знает, что здесь обитает сын местного губернатора. Земля слухами полнится. У ворот круглые сутки дежурят девять человек охраны. Вика раньше поражалась: «И чего они здесь, снаружи, охраняют? Улицу что ли?» Как-то заговорила об этом с Пёрышкиным.

«Как, чего? – сказал он. – Забор. Смотри, какой чистенький! Чуть ли не каждую неделю подбеливают. Не дай-то бог какой-нибудь тинэйджер с баллончиком краски подкрадётся! Вот и пасут».

Возле остановки был ресторан украинской кухни. Над дверью надрывались колонки, завлекая прохожих весёлой музыкой. Перед входом выставили огромную собачью будку с надписью «Осторожно, злючий пёс!» На массивной цепи возле будки валялась большая кость из белого пластика – видимо, всё, что голодные посетители оставили от злючего пса.

На стене висела доска меню, предлагавшая среди горилки, голубцов, пельменей и прочих разносолов какие-то юшки. Айдар, страдавший хроническим любопытством, всякий раз, когда подходили к остановке, говорил: «Ну что же это за юшки такие? Хотел бы я знать, из свинины их делают, или из баранины.