Я родом из Уланского подворья

Такие вещи до сих пор все неизвестны,

Лишь часть из них известна – выплыла наружу.

Но многое пропало уж – кануло в бездну,

Как те болезни в детстве, например, краснуха.

Не мог дед-фронтовик скрыть прошлое такое.

Внук вырос, и дед выплеснул ему в порыве:

Он помнил на лице фашиста мину боли

За грех, что по приказу совершал он в прыти.

Шел бой обычный за плацдарм один в местечке.

Из небольшого дзота извергалось пламя.

Мы разве в пылу боя знали, сколько свечек

По нашим мертвым мальчикам поставят мамы?

В который раз попытки были неудачны,

Свинец косил бойцов налево и направо.

Но взвод был должен разрешить эту задачу,

И закрепиться, и наладить переправу.

Очередной бросок – и дзот подавлен вроде,

И он в составе пяти ребят ворвался внутрь.

Пред нами там предстал фашист, что сумасбродил,

Его психоз имели мы несколько минут:

«Я стольких погубил (майн гот!), мне нет прощенья.

Я знаю, что нам Бисмарк когда-то завещал»…

Не выдержав, мы кончили его сужденья.

Решили мы совместно – нет для таких пощады.

Ей муж прислал…

Ей муж прислал свои карманные часы.

Четыре месяца нет писем от него.

Он знал – конечно же, не будешь ими сыт,

Но понимал: в войну товар сей ходовой.

Он послан тайно был в глубокий тыл врага,

Не знал наверняка, он выживет иль нет.

Вещь ценная, и можно выручить деньгу.

А не продаст, так память будет много лет.

Семья была отправлена на юг страны

Последним эшелоном в отступлении.

Здесь тоже не было привычной тишины:

Она одна с мальчишкой в поселении.

И думы мучают ее: а жив ли муж?

Она, увидев приезжающих с фронтов,

Встречает их с одним вопросом: «Как роднуш?»

Найти у них пытаясь мужниных следов.

Ее пытаются утешить: «Будет весть!»

Соседкам часто приходят похоронки.

Как трудно, горько ожиданье это несть…

Она им верит, молясь в углу иконке.

Как много тех – их, кто веровал: придет он.

И эта вера помогала выживать.

Их согревал, прибывших в отпуск, эшелон,

Кто им рассказывал, как вышел из засад.

Такая ложь порою помогала им.

Никто не ведает, кому что суждено.

Огонь надежды в лучшее неугасим.

Тогда же верили тому, кто колченог.

Война всегда была решеньем

Война всегда была решеньем

Вопросов спорных на Земле.

И совершались прегрешенья,

Кто проиграл – был в кабале.