Расклейщик объявлений

Мы ж в Италии, Лен! Уже два месяца, а я ни разу не пробовал. Скоро буду, тут ребята музыку напротив хорошую играют, слышишь?

Я вытянул руку с телефоном в сторону музыкантов. Поднеся обратно к уху телефон, я слушал её молчание. Даже в её молчании слышалась тревога. Тревога, появившаяся у неё после смерти Короткого.

– Ты волнуешься, что ль, Лен? Всё хорошо, мы в Италии.

– Почему-то вдруг… Да нет, Тиша, всё нормально. Просто что-то вдруг… Давай приходи, мы ждём тебя.

Я, отключившись, подозвал официанта. Отхлебнув из бокала, в который раз подумал, правильно ли мы поступили, уехав из страны.

Смотря в окно на прохожих, на чистую улицу, я успокаивал себя, что всё наладится и всё будет хорошо. Да я и на Родине был в этом уверен. Это Ленка. Она боялась.

После смерти Короткого она боялась. Боялась за меня, боялась за нашу семью. Это стало патологией, навязчивой идеей. Но я бы не поехал один. Не поехал бы потому, что писать о своей стране из-за границы можно лишь первое время. Потом начнутся мемуары.

Всё будет хорошо. Я расплатился с официантом. Толкнув дверь и выходя на улицу, я почувствовал вибрацию смартфона в кармане. Звонок был по «viber».

– Тиха! Здорово! Что с телефоном твоим? Пришлось «viber» набрать!

– О! Андрюха, привет – тыщу лет!

– Ага! Как ты? Давай пересечёмся. Я только с Мурманска прилетел. Пивка попьём.

– Да я это… Я в Тортоне сейчас, Дрюнь.

– А где это?

– Между Миланом и Генуей, Дрюнь.

– Ха!.. Дело хорошее. Ну и как отдыхается? Когда прилетишь?

– Да я не отдыхаю, Дрюнь.

Продал я всё в России, тут квартиру купили… Пытаемся жить здесь.

– Во ёксель!.. Ну даёшь! Давно?

– Да нет, недавно.

– Жаль!.. К Стасу, значит, тоже не попадёшь. Не встретимся.

– К Стасу?! Семнадцатого?

– Ну да. Вроде как юбилей, бляха…

– Нет… Ты знаешь, попаду! Встретимся! Я как раз прилечу кое-какие дела доделать. Увидимся, Дрюнь. Все увидимся.

– Ну, а ты чего вдруг уехал-то?

– Давай встретимся когда, всё и расскажу? Ты же знаешь, что по телефону только женщины любят говорить… хе-хе.

2. Айболит

Работающий телевизор не мог отвлечь Гену от мыслей. Смотря на экран, он не видел и не слышал происходящего. На этой мойке он не был давно и, заехав сейчас помыть машину, боролся с нахлынувшими воспоминаниями. Раньше они всегда приезжали сюда с Сашей. Телевизор тогда был другой, большой, кинескопный и стоял на тумбочке. Они сидели всегда обнявшись и так же смотрели телевизор, не видя его.