Легкость взаимного молчания

Как сложно описать первые прикосновения к вожделенному человеку. То мой, то ее: пульс гулял по нашим ладоням. Мы делились друг с другом одинаковыми внутренними ощущениями. Мне казалось все сном. Невозможно было понять, что со мной происходило.

«Как во сне. Все как во сне».

«Пожалуйста, не исчезай!».

– У тебя паспорт с собой, Артем?

– Да. Он понадобится?

– Я живу в другом городе.

Аня накрасила губы красной помадой и поцеловала меня в щеку. Я достиг верха исступления, выровняв цвет щек с цветом оставленной помады.

«Прошу тебя, только не исчезай!».

2

Две тысячи десятый год. Я открыл глаза. Передо мной – белоснежный потолок. Иногда я встаю на кровать и в прыжке дотрагиваюсь до него – уж так неестественно красиво он выглядит. Я периодически проделываю этот трюк, когда ночую у Ани.

Я коснулся своей ноги, она оказалась ледяной. Аня лежала, отвернувшись от меня, укутанная в одеяло, оставив меня без него. «Сколько я так лежу? Странно, на улице лето, а мое тело холодное».

Я вернулся мыслями к Ане и потянулся к одеялу, желая отдернуть его, но передумал будить Аню таким образом. «Аккуратно подлезу к ней». Мне было жизненно необходимо как можно скорее увидеть Аню, прикоснуться к ее телу. Я должен был как можно скорее удостовериться в том, что она существует. Мне нужно было убедиться, что сон – это действительно пауза между вчерашним «сегодня» и сегодняшним «сегодня». «Это ведь так, ничего не изменилось? Она же не могла исчезнуть? Не придумал же я ее? Аня!». Я аккуратно рукой подлез под одеяло. Там пусто! Мне вдруг сделалось страшно. В груди сильно кольнуло и ускорилось сердцебиение. Я схватил одеяло и бросил его на пол.

– Аня!

«Как я мог забыть! Аня говорила, что утром уйдет по делам. Все в порядке. Успокойся. Прошу тебя, Артем, успокойся. Она не исчезла».

«Мне нужно поспать. Я хочу спать».

Я продолжал лежать на кровати, смотря на белоснежный потолок. «Какой же ты красивый. Ровный. Чистый. Даже потолок квартиры спокойствия и тишины делает меня… делает…».

Я не мог подобрать нужных слов, мной овладевал сон.

Лесная тропа местами иногда сужалась до такой степени, что при ходьбе приходилось ставить ступни по одной линии. При этом я хватался руками за многочисленные ветки деревьев, чтобы сохранить равновесие и не упасть. Тропа спускалась змеиными изгибами с небольшого холма к лесному озеру, которое с каждым моим шагом все больше проглядывалось меж стволов деревьев. Мы шли вдвоем с отцом.