Пророчество Предславы. Мещёрский цикл

Провожать не захотела, сказала, мол, только беспокойство прощанием будоражить. Придёт, думаю к вечеру, – Сокол ухмыльнулся. – Когда след мой простынет.

Когда они вышли на улицу, Сокол внимательнее разглядел коня. Это оказался тот самый игреневый конь, на котором Эрвела появилась когда-то в пограничье перед их небольшим поисковым отрядом.

Он был прекрасен. Тёмно-коричневой шерсти, с дивным сиреневым отливом, с белоснежной роскошной гривой и таким же хвостом. Его длинные тонкие ноги производили впечатление сильных и быстрых.

Но действительных возможностей этой породы не знал никто. Таких коней Соколу не доводилось видеть уже давно. Овды, считая лошадей друзьями, никогда не продавали и не дарили их людям. Даже в конюшнях князей, царей и императоров таких животных встретишь нечасто.

– Как его зовут? – спросил восхищённый чародей.

– Как назовёшь… – пожала Эрвела плечами. – Ему всё равно, как его называют люди.

– Пусть будет Игрец, – предложил Сокол. – Существует предание, что масть эта родилась от сказочного бога Игреца, и что никому из смертных не удавалось вывести её нарочно.

Только по воле случая рождаются такие лошади.

***

Игрец давно унёс чародея, а Эрвела всё стояла на гребне холма, наблюдая за мерным течением Оки. Не столько наблюдала, сколько думала. О Соколе, о змеевике его странном, о вселенской напасти, что вот-вот обрушится на далёкий неизвестный ей город. Потом вдруг что-то поняв, вздрогнула. Оглянулась, разыскивая по привычке коня. Но не было его, отдала чародею, а другого не позаботилась прихватить.

Вздохнула и отправилась к Бабенскому оврагу пешком.

Домик Армаса кое-как прибрали, но жильё он всё равно напоминал мало. Колдуны частью разошлись, частью спали, разобрав сухие углы, а Мена вполголоса беседовала с Ушаном. Судя по усталым глазам, оба всю ночь не спали. Проговорив в поисках верного средства против напасти, даже не заметили, как рассвет наступил.

Эрвела, поприветствовав Ушана, отозвала ведунью в сторонку.

– Сокол уехал, – сообщила она.

Мена кивнула.

– Я тут подумала… – владычица замялась. – Ты амулет его видела?

– Вихрев? – не сразу сообразила девушка. – Да, показывал как-то. В Елатьму ко мне приезжал ради этого.

– Ничего тебе в нём странным не показалось?

– Непростой змеевик, – согласилась ведунья. Но пояснять не стала. Не любила она намёками общаться.

– Боюсь, не связан ли он с напастью нынешней, – наконец, поделилась Эрвела тревогой. – Скажи, вот тебе видение было про Псков.