Избранное (сборник)

Ольга держала в руках программу соревнований, но взгляд ее был направлен на одинокий кустик травки у беговой дорожки. Она о чем-то задумалась. Ее широкие, густые брови были сурово сдвинуты, и между ними легла тонкая, сердитая складка. Петр видел эту грозную примету: не избежать, видно, и сегодня крупного разговора. А может быть, это и к лучшему – оборвется, наконец, истончившаяся ниточка между их сердцами. Они что-то перестали понимать друг друга, начали отчуждаться. Неужели это уже их финиш? Нет, нет, это еще далеко не конец! У них впереди еще большая дистанция, еще много кругов… Только не надо ничего обострять, не надо никаких разговоров.

И, чтобы отвлечь Ольгу от ее мыслей, Петр говорит громко:

– А вот и они.

– Что? – отозвалась Ольга.

– Сергей и Александр!

– Уже бегут?

– Нет еще.

– А Тимофея ты не видишь?

– Нет, он где-нибудь на трибунах. Нам с ним достались разные места, – ответил Петр.

На северной стороне стадиона сидел Тимофей. Рядом с ним находился и Дмитрий.

Они обнимали друг друга за плечи и, откидываясь назад, хохотали над сидевшими внизу ребятами, в которых незаметно кидали свернутые из газетной бумаги шарики.

Бумажные ядра попадали в спины и головы. Ребята оглядывались, но никого не могли уличить, потому что на верхних трибунах смеялась вся публика.

– А ну их! – сказал Тимофей. – Я рад, что ты опять со мной.

– И я тоже. А как остальная наша братва?

– Петр в Москве. В прошлом году во время отпуска мы хорошо с ним полазили по Кавказу.

Николай – в санитарной авиации, комсомол послал. Но сейчас он, кажется, в Коктебеле на всесоюзных планерных соревнованиях. А я теперь уже своих учеников имею – летчиков. И тоже учусь дальше: летать на самолетах последних конструкций.

– А вот меня это не тянет, – сказал Дмитрий.

– Известное дело – боишься поцарапаться!

– Может быть. Ну а Женя?

– Родила сына.

– Ты пропал, это ведь свяжет.

– Где это ты набрался таких взглядов? Уж не в Норвегии ли, когда ездил на соревнования?

– Ты обиделся?

– Ну вот еще.

Я просто говорю то, что мне в тебе не нравится.

– Ну, а скрипка как?

– Бросил! Совсем нет времени. А Женя рада, говорит: «Кончились мои мучения». А ты как?

– Был на практике. Потом на соревнования ездил: установил два рекорда. Теперь опять за учебу…

– Точка! Посторонние разговоры воспрещаются, – сказал вдруг Тимофей, взглянув в сторону старта.

– Да, да, – согласился Дмитрий.