Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

Подъезжая к поместью, она заметила большое количество экипажей, выезжающих из ворот. Это гости, поняв, что веселье окончено, спешно покидали дворец. В конюшне было тихо, Берси, видимо, еще не вернулся с кузницы. На заднем дворе Варди с другими рабочими стояли кругом и громко спорили о чем-то.

– Да невозможно это, чтобы его светлость Лейв сам упал с лошади, он отличный наездник! – кричал один из рабочих. – Я сам видел, как он объезжает молодых жеребцов! Его даже сами демоны не смогли бы стащить с седла.

Наверное, его лошадь что-то напугало, вот она резко и взвилась на дыбы.

– Может, огромный раненый секач пошел на него? – предположил тут же другой.

– Или волк! – крикнул еще кто-то. – Этих тварей сейчас развелось по всему лесу немерено, не успеваем отстреливать.

– В любом случае он сильно пострадал, – заключил Варди, – лекари сказали, что месяц ему точно надо будет провести в постели, а после еще не факт, что он сможет сидеть в седле.

Елена была совершенно не удивлена услышанным, падение Лейва действительно выглядело очень страшным и травмирующим.

Там на дороге у леса, видя его истекающим кровью, она думала, что он может не выжить. Услышав же теперь, что жизни Лейва ничего не угрожает, но на ближайший месяц он будет прикован к постели, Елена почувствовала странное облегчение, словно загнанное в капкан животное смогло вырваться. У нее есть еще месяц, целый месяц свободный от грязных домогательств герцога, она может и подождать с выкупом. Эта мысль, а точнее радостная надежда, затрепетавшая в груди, напугала Елену.

– Зачем мне ждать? И чего? – рассуждала она, злясь сама на себя.

***

Теперь все в поместье были заняты здоровьем герцога Лейва. Все разговоры кругом были только о том, что сказали лекари, сколько раз за день его светлости меняли холодный компресс и не поднимался ли у него ночью жар. Гости покинули дворец, но не все. Герцогиня Эмиртейн с дочерью Вигдис остались погостить.

– Ох, тут ничего удивительного нет, – рассуждала Магги, которой Елена пришла помогать чистить лук, – семейство Эмиртейн давние друзья хозяев.

В детстве Кольбейн был по уши влюблен в Вигдис.

Елена на мгновение замерла, а ее сердце болезненно екнуло.

– Да, и по тому, что я вижу, каждый раз обслуживая господ за обедом, – продолжала одна из служанок, – все у них идет к свадьбе. Герцогиня Вигдис так и льнет к нашему герцогу Кольбейну, так и льнет.

– А он что?! – вдруг вырвалось у Елены.