Два лица Пьеро

Она не торопилась рассказывать Мике о том, что ищет свой собственный отель. Девушка она совсем незнакомая, лучше придержать эту информацию. Мало ли что.

– Так давай вместе найдем. Говори название, сейчас по карте в телефоне быстро найдем.

– Да не знаю я название. У меня есть только вот это, – и Женя протянула ей фотографию-коллаж.

– Видела когда-нибудь такой витраж?

– Нет, не видела. Ты что, даже адреса не знаешь? И как же мы будем искать?

– Понятия не имею. Но когда найдем, мои дела должны как-то сами собой наладиться.

– Понятно, – сказала Мика, которая, конечно же, ничего не поняла. – Ладно, ты отдыхай. Вот прямо ложись и приходи в себя. Подождем Милена, может, он поможет.

Но Женя не верила, что знакомый полицейский найдет рюкзак с документами и деньгами.

И тут вдруг Мика захрустела пакетом, и на колени потрясенной Мики упал ее рюкзак!

– Мать, ты что, охренела? – Женя вскочила с кушетки и, не глядя на Мику, принялась вытряхивать из расстегнутого рюкзака все содержимое на стол.

 – Что все это значит? Ты куда дела мои карточки? Деньги? У меня только в кошельке был о больше тысячи евро, плюс болгарские деньги, которые я успела поменять в аэропорту!

Мика, красная, как болгарский перец, тихо, но четко рассказала ей про рыжего вора.

– Мика, ты серьезно мне это сейчас говоришь?

– Ну да.

– Ты действительно не понимаешь, что, если бы ты закричала «Держите вора!», я сама бросилась бы за ним и наверняка догнала! Я очень, очень быстро бегаю! Да я бы башку его отвернула, понимаешь?

Мика захлопала ресницами.

– То есть ты спокойно дала ему уйти, потом забрала мой рюкзак и все это время носила его с собой в пакете и молчала?

– Не хотела давать его тебе на улице. Я же понимала, какая будет реакция. Подумала, что ты кричать будешь на меня. Обзывать воровкой, а вокруг люди, многие меня знают, я же работала здесь во многих кафе и ресторанах. Стыдно.

Женя вдруг совершенно не вовремя подумала о том, что какое это счастье, что Мика так хорошо говорит по-русски.

Может, она и глуповатая, но сердце у нее доброе.

– Ни одного рубля… вернее, лева… Я не знаю, что делать, как быть…

Она хотела сказать, что уже не помнит, когда была в таком положении – без денег. Брак с Залетаевым избавил ее от этой проблемы. Грандиозной проблемы. И вот теперь, когда он умер, проблема как-то очень уж быстро вернулась. Во всей своей опасности и со всеми страхами. Они с отцом, конечно, не голодали, но денег катастрофически не хватало.