Два лица Пьеро

Слышишь?

– Да это я позвоню Милену и расскажу, как ты меня тут оскорбил и обокрал…

– Я не знаю, о каком Милене ты говоришь, вернее, ты всякий раз грозишься каким-то знакомым полицейским, но я так думаю, что ты его просто придумала! Ну так что, берешь свои двадцать левов или я звоню в полицию?

– Отдай серьги! – Она выхватила сережки и бросилась к дверям. А так хотелось вернуться и ударить этого противного и алчного Хасана. С чего это он взял, что серьги краденые? Что в них такого? Все-таки наверняка платина с бриллиантами… Все, больше она никуда их не понесет.

Пусть Женя сама ходит с ними.

Мике почему-то захотелось плакать. Но вместо этого она купила пачку «Карелии» уселась в сквере на скамейку и с наслаждением затянулась сигареткой.

Зачем Женя ищет отель? Странно как-то все это. Ни названия не знает, ни адреса. Что она там забыла? Может, у нее там встреча? Предположим, была здесь, в Варне, в прошлом году, познакомилась с парнем, потом они расстались, после помирились и договорились встретиться снова в том же отеле.

Да только она ни названия не запомнила, ни адреса… Хотя название улицы она, может, и не вспомнит, но хотя бы где, в каком районе отель? Если в центре, то Милен ей скажет, он всю Варну знает.

Думая о предстоящей встрече с молодым полицейским, Мика волновалась. Он был красивым и добрым парнем, да только глубоко и прочно женатым. Заглядывал иногда к Мике в ее квартирку, мог задержаться на пару часов. Всегда приносил то мороженое, то конфеты. Уходя, всегда целовал ее в нос, как ребенка.

Для таких вот редких свиданий у Мики в сумочке всегда была припасена пачка презервативов. Сегодня они явно не понадобятся. Да уж, и что делать с этой Женей? Как ей помочь?

Докурив, она поднялась со скамейки, перешла через дорогу, зашла в магазин и купила хлеб и две маленькие банички с брынзой.

Она никак не могла для себя решить, радоваться ей появлению в ее жизни (и квартире) русской или огорчаться. Кормить-то ее нечем. Да и ток скоро отключат за неуплату, что они тогда будут делать? Сидеть вечерами при свечах?

Так не хотелось возвращаться в больницу, где она все холодное время года работала уборщицей.

Да, там никому нет дела до твоих больных и слабых рук, мой себе полы шваброй, и все. Никаких проблем. Утром она выпивала чашку кофе с сахаром, на обед забегала в соседнее кафе, где покупала себе горячий куриный суп с хлебом и чай, а вечером ужинала у себя дома подогретыми котлетами или брынзой.