Найденные во времени

Спасибо тебе за это стихотворение!

И, чокнувшись со всеми, выпил до дна. Молчание продлилось минуты две.

– Саш, а у тебя написалось что-нибудь? – спросила Соня.

– Да, – ответил я.

– Так что ж ты молчишь, читай скорее! – воскликнул Шляховский.

И я прочитал последнее стихотворение:

– В летних туфлях… Да и стоит ли думать о том,

Что предстоит позабавиться

блеском искусственных шуб…

Жалкий врунишка, уродливый карточный шут,

Где твой колпак полосатый

с бездарным крысиным хвостом?

Джокер? Ну что же – у кленов крестовая масть.

Как бы так сделать, чтоб нижнего ниже не пасть?

Как бы так сделать, чтоб в жизни, собой оставаясь,

Драную куртку со смехом поставить на кон,

Даже прослыв среди прочих шутом, дураком,

Но не узнать, что такое бездарность и зависть?!

Как не пойти на уступки кривляке-судьбе,

Не изменить надоевшей любовнице-сказке,

Молча подать поутру ей чулки и подвязки

И улететь в пустоту меж домов в одинокой ходьбе?!

Не углядеть, но в голодной больной худобе,

Там, где ногами толпы перемешаны краски,

Облик поэзии вдруг ощутить без подсказки…

Все молчали.

– Сашенька! Ты превзошел себя! Шляховский, можно я его поцелую? В щеку?

– Если б я был женщиной, я бы поцеловал его в губы! – засмеялся Вадим. – Но тебе можно – в щеку. А тебе, Саша, действительно надо бросать свою инженегрную работу… Нельзя для поэзии оставлять свободное от работы время. Поэзия должна стать работой.

– Одно смущает меня в этом стихотворении, – поделился я.

Соня вся даже вскинулась:

– Санечка! Да как же ты не понимаешь?! Ведь ты этим искажением ударения как бы бросаешь вызов всем реакционерам от филологии: ты та-ак ви-и-дишь! Блок тоже слово «желты» писал через «о». А Гоголь вообще в грамматике профан был… Может быть, поэтому и головкой приболел, ударившись в церковный фанатизм… Ха-ха! А кто-то еще из великих – не помню, кто, – писал, что, если он считает, что перед словом «что» не надо ставить запятую, он никогда не поставит! И вообще, я полагаю, что поэзия – это предтеча всех новшеств в человеческой жизни, в ее улучшении, упрощении, уничтожении всех тухлых стереотипов, штампов, дурацких, старомодных правил, наконец, всего русского языка! Вот американцы упростили так называемый классический английский! И как это хорошо, просто для общения и звучно получилось…

Соня была явно «в ударе».