Колодезная пыль

А что? Упускать такой вариант?! Ну нет, зря что ли я, как ломовая лошадь… И Евгения надо бы отпустить к его невесте, правда, Женечка? Валь, только не говори, что ты против.

– Мне всё равно. Пусть катится к невесте, чёртов твой Женечка. А ты…

– Как ты можешь?! Незнакомого челове… Что-о? Ты и меня тоже? Ва-аль!

– Идите вы все к чёрту! – заорал в темноту Ключик, не в силах более сдерживать клокочущую ярость. Если б мог, швырнул бы туда чем-нибудь тяжёлым, но судорожно сжатые светящиеся пальцы схватили пустоту.

Это нисколько не успокоило артмастера, наоборот, подлило в огонь масла.

– Пошли! К чёрту! Все! – плевался словами Ключик. Никак не мог угодить пальцем в рубиновую пиктограмму, поэтому шарахнул наотмашь. Кулак проскочил сквозь, пиктограмма налилась кровью. Отбой. Но артмастер всё ещё отплёвывал вместе с желчью остатки утренних дрязг:

– Всех вас в шестую квартиру к Вельзевулу в сортир! Слоны голубые с невестами, Маргариты с грибами, все! Построились парами и пошли к свиньям, с видом на реку топиться! В котлован с бактобетонным дерьмом по уши! И чтоб вас там задавило битым кирпичом пополам с перхотью! Кха! Кха!

Поперхал охрипшим горлом, немного остыл.

Хотел прижать к вискам руки, но, как и всегда, вовремя остановился. Небытие, тела нет. Пульс в висках и кашель – всё это за пределами пустоты, как Ленка. «И хорошо», – не без досады подумал артмастер. Повернулся к рабочей зоне, перетащил поближе панель слоев, крутнул её, наудачу ткнул в карусель, и – надо же! – с первого тыка угодил в последний слой интерьера. Осталось подняться на уровень выше и…

– Тон-н! – грянул за спиною гонг.

– Перезвонила всё-таки! – Ключик бросился к зазеленевшей трубке, снова потеряв искомую границу между интерьером и экстерьером. – Ленка?!

В пустоте прозвучал незнакомый мужской голос:

– Валентин, э-э, извините, не знаю отчества.

– Юрьевич, – подсказал артмастер.

Вышло суховато, потому что надеялся услышать жену, а не какого-то тенора.

«Кстати, кто это? Не Женечка ли?» Впрочем, всё разъяснилось быстро.

– Управляющий «Би Би Элефант» вас беспокоит, Старицкий моя фамилия, – представился тенор. – Владимир Александрович. Мне доложили, что вы, находясь незаконно в отселённом доме номер десять по улице Девичьей, оказались по собственной неосторожности в э-э… безвыходном положении.