Царский путь. Стихотворения 1990—2014 гг.

И голубем имя взлетев

Тонуло в небесной купели —

Взошел драгоценный посев

И мертвые птицы запели.

И лунные лики богинь

Светили над снежной равниной —

Почти почерневшая синь

Звездой отзывалась единой…

11. Иерофант

На голове его – из золота венок.

Хитон пурпуровый так пламенно блистает,

Что смертным кажется: с небес спустился бог.

Когда же танец он священный начинает,

Сверкая радугой золототканых риз,

На землю истинно нисходит Дионис.

Изящный стан колонн вдруг оплетают лозы,

И слышится вблизи рычание пантер,

Вакханок возгласы, нескромный смех гетер.

Прозрачный виноград льет радостные слезы.

Над лугом кружатся хрустальные стрекозы,

Как стаи маленьких Амуров и Венер.

В ночи Иерофант, таинник звездных сфер,

Являет дивные свои метаморфозы.

12. Любовники

Вепрь морской под парусом червленым

Мчится по дороге лебедей.

Окоем сомкнулся с небосклоном,

Как моя душа – с душой твоей.

Это только зелье, только зелье

Унесло нас в огненную даль…

Хрусталя небесного веселье.

Льдин исландских древняя печаль.

Жаждет влаги дно сухое кубка.

Жаждут опаленные уста.

Поцелуй твой – словно с оцтом губка

На устах распятого Христа!

В тишине, медлительные, тают

Льдины – безглагольно, словно дым,

И слова обетов прорастают

Средь могил терновником живым.

Часть вторая. Парад планет

1. Солнце

Сомкнулось цветов колдовское кольцо.

Не в зеркале вижу свое же лицо;

Но только нежнее и тоньше черты.

Ответь же скорее: ты – я или ты.

Смеется неясной усмешкой двойник,

Как море – изменчив, как смерть – многолик.

Две рыбы – глаза ледяные его.

Уста – саламандры живой колдовство.

Сплетаются змеи твои, о Гермес!

Вдруг солнечных капель – тринадцать – с небес.

Смешались различья и сходства черты.

И я уж не знаю: где я, а где – ты…

Единую душу в единую плоть

Воссоединяет навеки Господь.

2. Жрица

…И тысячеименная Исет

Устами до того безмолвной жрицы

Рекла: «Я – то, что было, есть и будет.

Никто из смертных не приподнимал

Покрова моего». Ее слова

Начертаны на статуе в Саисе.

Лица под многоцветным покрывалом

Едва угадываются черты…

На трепетном челе пылают розы

И месяца серебряного свет.

В плащ бархата полнощного одет

Упругий стан с отливом нежным бронзы.