На распутье

В Астраханской области налоговая полиция вскрыла денежное хранилище РДС, а зам начальника полиции заявил: «Это деньги государственные!» Речь шла о сотнях миллиардов рублей. Сотрудники той же полиции сами состояли вкладчиками РДС, но успели расторгнуть свои договора и забрать деньги вместе с премиями. Следом были вскрыты двери денежного хранилища РДС в Нижнем Новгороде и вывезена вся наличность. То же повторилось и в Томске, и повсеместно. А в Иркутске силами ОМОН и налоговой полиции был арестован самолет компании «РДС-авиа» с инкассаторами, которые сопровождали девять миллиардов рублей.

Вслед за этим последовал президентский указ «О защите интересов инвесторов», который предписывал РДС и другим компаниям, осуществляющим операции по привлечению свободных денежных средств, «привести свою деятельность до 1 января 1995 года в соответствии с настоящим указом и обеспечить безусловное выполнение взятых на себя обязательств перед клиентами». Однако уже было ясно, что «выполнить свои обязательства перед клиентами» ни РДС, ни кому другому не дадут.

Это противоречило бы интересам государства.

Таким образом, палка одним концом ударила по инвестиционным компаниям, а другим опять по населению, среди которого значительную часть составляли малоимущие, пенсионеры и инвалиды, которые хотели поправить свое бедственное положение. Народ, обманутый государством, не вернувшим ему его вклады в госбанках до 1991 года, был обманут им в очередной раз. Власть молча взирала на то, как народ несет деньги мимо государственных учреждений, которым не верил, брала огромные налоги с МММов и РДСов, пользовалась заемами, а чиновники сами вкладывали огромные суммы в финансовые инвестиционные компании, но при этом лучше, чем простой народ ориентировались в ситуации и вовремя и в первую очередь смогли забрать свои деньги, утроив и даже удесятерив свои капиталы, а потом ударили так, что щепки полетели.

Только щепками этими были люди. Один МММ имел 46 миллионов акционеров…

Виталий Юрьевич слег.

У него поднялось давление, чего раньше не бывало, болела голова. Всю неделю держалась температура. Он был раздавлен. Ольга Алексеевна старалась лишний раз не лезть к нему с разговорами и молча ухаживала за ним: готовила чай с малиной, давала таблетки папаверина и цитрамона, да тяжело вздыхала, а он был благодарен ей и вспоминал слова Экклезиаста: «Двоим быть лучше, чем одному. Если упадешь, другой поднимет».

На второй день болезни забежала Лена, подруга дочери.