Взмахом одного крыла

Крутилась лишь одна единственная мысль: надо успеть, надо успеть, иначе лодку унесёт вниз по течению, и тогда никто её никогда не найдёт, а если и найдёт, то наверно уже будет слишком поздно. С этими мыслями Катя что есть силы налегла на вёсла и подплыла к краю новенькой лодки. Схватив верёвку, она привязала её сзади, как бы взяв на буксир, и, только оттолкнувшись, она поняла: опущенные в воду из другой лодки вёсла будут стопорить ход. Катерина повернулась назад и аккуратно, как кошка, притянув к себе другую лодку, переползла в неё и вытащила злополучные вёсла из воды.

Сумерки сгущались – надо было как можно быстрее выбираться отсюда. Пока Катерина карабкалась по чужой лодке, услышала еле заметный стон, вернее даже не стон, а скулёж. Она посмотрела туда, откуда исходил звук, и увидела маленькую собачку. Катя схватила её, засунула за пазуху и переползла на свою лодку. Ну всё, надо быстро-быстро убираться отсюда. Из последних сил Катя выгребла почти на берег. Вытащив собачку, она аккуратно положила её на сиденье, а сама спрыгнула в воду и начала тащить лодку на песок. Вытащила одну, отвязала, вытащила другую. Как же теперь быть? Вот вопрос, я же не вытащу этого человека одна. В этот момент собачка спрыгнула на песок, подбежала к Кате и стала лизать ей руки. Ой!..

– Ты мой хороший, пошли звать на помощь! – обратилась Катерина к пёсику и, взяв его под мышку, пошла к деревне.

Катя подошла к дому и тихонько постучала в окно.

– Кого там черти носят по ночам?

– Открой, тёть Шур, это я, Катя!

Створки окна со скрипом отворились, в окно выглянула женщина.

На вид ей было около семидесяти лет, белокурые волосы, затянутые в пучок на затылке, голубые, как небо, глаза, лицо миловидное, хоть и в морщинках.

Похоже, что в молодости эта женщина была просто красавицей.

– Что случилось? Кто помер, что ли?

– Никто не помер. Помощь нужна, долго объяснять! Возьми фонарик и плащ-палатку, я у калитки буду ждать.

Катя стояла там, где и обещала, когда к ней подошла тётя Шура.

– Ты чего мне тут приказы отдаешь? Я тебе не девочка! – с обидой в голосе обратилась тётка.

– Прости, тётенька Шурочка, просто времени нет, там человека надо спасать!

– Ну тогда давай, пошли быстро, что стоишь-то?

Женщины повернулись и быстрыми шагами направились к реке. В темноте трудно было бы найти дорогу, но они её столько раз проходили днём, что могли и с закрытыми глазами пройти. Лишь к спуску, к самой реке, росли высокие кустарники, и тут уж без фонарика не обойтись.