Замок. Веретено. И Бесконечная ночь

Я жду. Но ничего не происходит. Рана не затягивается. Но почему? Ткань помогает от укусов вурдалаков, но бессильна против укусов вампира? Шире раскрываю ворот платьица девочки, стараясь, чтобы плед покрыл ее всю. Ничего. Как же я устала от этих тайн и загадок!

В раздражении отшвыриваю ткань в сторону и замираю. Прямо под ребрами Мирей, в месте, где находится сердце, что-то светилось. Осторожно провожу рукой, и тут же мне вокруг пальца наматывается тонкая нить. Замираю, не веря собственным глазам. Но это так. Прямо из сердца девочки тянется нить, и я держу ее.

Гулкое «Уфф» заставляет вздрогнуть и взглянуть на сов, сидящих на прялке. Безумная мысль пронзает все мое существо подобно молнии с небес. Встаю, все еще держа нить Мирей, и тянусь к прялке. Едва мои пальцы касаются веретена, как символы вспыхивают и приходят в танец. Наматываю на веретено сияющую нить и ногой нажимаю на педаль. Колесо двигается быстрее, символы горят огнем, и от него зажигается нить, а затем и все тело Мирей охватывает пламя, будто коконом.

От движения прялки вся комната начинает ходить ходуном, с полок падают книги и различные предметы, кажется еще чуть-чуть, и замок рухнет, погребя нас под тяжелыми серыми камнями, но вот мгновение – и все замирает.

С трудом переведя дух, кидаюсь к Мирей и тут же зажимаю рот рукой, чтобы остановить рвавшийся крик. Укус вампира исчез.

Сползаю на пол, обхватываю колени и прижимаюсь к ним лбом. Где-то глубоко внутри растет и крепнет уверенность, что этот ребенок будет спасен.

А все произошедшее можно проанализировать и завтра. От усталости валюсь на пол и засыпаю.

Утро наступило слишком скоро, так по крайней мере показалось моему измученному телу. Сначала усилием воли открываю один глаз, а затем второй. Серебристо-серый свет струится сквозь окно. Тихо. Со стоном поднимаюсь и оглядываюсь по сторонам. Ни Белочки, ни Смуглянки поблизости нет. Мирей все так же лежит на спине на кровати. Опускаюсь возле нее и тщательно осматриваю. Место, откуда вчера тянулась нить тихо светилось.

А на месте укуса появилась здоровая розовая ровная кожа. Спокойное дыхание говорило о том, что девочка просто спит.

Длинный выдох вырывается из легких. Языком провожу по пересохшим губам и понимаю, что мучительно хочу пить. Подхожу к столу-самобранке и залпом выпиваю ставший таким привычным клюквенный морс. Валюсь в кресло и долго смотрю вперед. Мне нужно было уже привыкнуть к необычным вещам и событиям, происходящим со мной в этом мире.