Талисман

Тяжело, конечно, без мужика жить, но не могла же я после того, как застукала его с Нинкой, у себя дома оставить. К тому же, вполне возможно, что он таким же нехитрым образом, далеко не одну бабу в городе уже пользовал, а после того без стыда и совести ещё и ко мне в постель залезал. Сына тогда было жалко, он привык уже к нему. А мне каково? Годы проходят, через год уже стукнет сорок лет, а надёжного спутника жизни так до сих пор и не встретила».

Её размышления прервал мужской голос:

– Извините, пожалуйста. Я по командировке на две недели в город приехал.

Не можете ли вы мне подсказать, где бы я смог на это время снять угол?

Перед ней, у прилавка стоял всё тот же посетитель. Застигнутая вопросом врасплох, раздатчица лихорадочно соображала, как использовать неожиданно сложившуюся ситуацию в свою пользу. «Так, значит, командированный, хочет снять угол. Ах, ещё неизвестно что, а может, и кого он снять хочет. Что же ответить-то? Не предлагать же незнакомому мужчине, в конце концов, место в своей кровати.

 – тут её неожиданно осенило: – Раскладушка! Конечно же, раскладушка! По крайней мере, и деньги не лишние, а там видно будет, как дальше сложится, всё-таки две недели…» Она приняла решение и, сразу успокоившись, пожав плечами, с наигранным безразличием ответила:

– Ну, не знаю …. Если вас устроит раскладушка, я бы могла предложить. Живу вдвоём с сыном, комната большая.

– Вполне-вполне, – торопясь согласиться и, выражая искреннее удовлетворение, начал он и, не останавливаясь, продолжил: – Спасибо! Извините, как вас зовут? А то, как-то…

– Екатерина Арсентьевна, – перебила она его и машинально, забыв, что на голове поварской колпак, попыталась поправить свою причёску.

– Очень приятно. Сергей Алексеевич к вашим услугам, – галантно, слегка склонив вперёд голову, произнёс он.

Раздатчица слегка улыбнулась, подумав: «Ишь, как хвост распушил, не рановато ли?» – а вслух произнесла:

– Сергей Алексеевич, если договорились, то вам придётся подождать. Я имею в виду то, что пройдите пока куда-нибудь, погуляйте, что ли, ну, не знаю …, а к шести вечера подойдёте сюда, и мы с вами поедем ко мне домой.

– Хорошо-хорошо, – поспешно согласился тот и уточнил: – Значит, в восемнадцать ноль-ноль я буду здесь, – повернулся и вышел из Чебуречной.

Когда рабочий день подошёл к концу, Екатерина Арсентьевна прошла к входной двери и перевернула табличку, теперь она со стороны улицы извещала возможных страждущих зайти надписью – ЗАКРЫТО.