Пыль над городом. Избранное

Чтобы сплошным потоком лилась в меня

листва,

от страха не болела голова.

И у лица ладони я чувствовал твои,

услышал вновь, как стонут соловьи.

Но за спиной надулся

плащ чёрным пузырём,

и стала ночь моим поводырём.

И пустоты касаясь, дрожит моя рука,

морщинистая, как у старика.

И где-то в отдаленье мелькает тень лица,

и нет паденью моему конца.

«Так, словно доживаешь сотый…»

Так, словно доживаешь сотый

Век на земле, тебе знаком

Железный пульс ее работы

И каждый куст, и каждый дом.

Как странник с нищенской клюкою,

Полсвета обошел, скорбя.

Тебе известно, что такое –

Ни в чем не обрести себя.

Лишь не встречал другого края,

Где был бы воздух тяжелей,

Чем сладковатая, сырая

Промозглость родины твоей.

Ты ею вдоволь надышался –

По хрип ночной и тошноту.

Теперь от родины остался

На память – горький вкус во рту.

Ты для нее не существуешь,

Мгновенно промелькнувший блик.

Но ты ведь больше не тоскуешь,

К ночной бессоннице впритык.

Монах

От блеска роскоши языческой

Глухим отгородился мраком.

Восторг души его стоической

Не оценить мирским собакам.

Все суета: и грязь словесная,

И похоть мелочных желаний.

Он выковал броню железную

От искушений и страданий.

И век весь плоть сластолюбивая

Терпела боль в холщовой рясе,

Томясь, голодная, блудливая,

Хоть об одном распутном часе.

«Качались люстры, хрусталем бренча…»

Качались люстры, хрусталем бренча,

И в зале голубом собаки грызли кости.

Хозяин этих мест на лезвии меча

Держал всю ненависть угрюмой «черной кости».

Хватались гости за бока

От шуток остроумных, а покуда

Им было весело, носили слуги блюда,

И люстра яркий свет бросала с потолка.

И среди пьяных он бесстрастен был, как Будда,

Лишь крепко под столом сжимал эфес клинка.

Пока дурак смешил другого дурака,

Пока его жена была с другим, пока

Сам ждал измены отовсюду.

«Вернулись средние века…»

Вернулись средние века,

вернулось время эпидемий.

И снова черная рука

Секиру занесла над всеми.

Секира, ты блестишь, остра,

Тебя затачивали боги.

И безнадежная пора

Застыла молча на пороге.

Природа борется со мной,

Меня болезнями пытает.

А я – я выкормыш земной,

Как всё, что в мире обитает.

Какой-то маленький штришок

Однажды выжить не позволит.

И бред про черный порошок

Мой раскаленный мозг расколет.