Пыль над городом. Избранное

И знакомо мне всё здесь, куда ни взгляни, –

Тополя и холмы, и дорога…

В эту землю моей безымянной родни

За три века закопано много.

Эта бурая почва – тела и сердца,

Жизнь которых в себе ощущаем.

Потому-то и нет у дороги конца,

Потому и наш путь нескончаем.

«И бунт горлопана и стадное чувство толпы…»

И бунт горлопана и стадное чувство толпы,

И голос гниющего в камере для одиночек,

И данные обществу в оздоровленье столпы

Теряются в складках измявшихся за ночь сорочек.

Каким беззащитным родится на свет человек –

Кричащим от страха, бездумно счастливым и голым…

А жизнь – шевеленье изломанных временем рек,

Знакомые комнаты, тонких насмешек уколы.

А старый фонарщик свой чистит усталый фонарь,

и тот не горит. Наливаются кровью зарницы.

И старый поэт всё никак не закончит страницы,

И старую песенку снова заводит, как встарь.

«Опасность смертельная где-нибудь рядом…»

Опасность смертельная где-нибудь рядом.

Иду не спеша, чтоб нога не смогла

Скользнуть.Поневоле я меряю взглядом

Пространство под верхней площадкой котла.

Тяжёлые, жёсткие формы машины,

И трубы, как рёбра, торчат тут и там.

Мой страх человеческий или мышиный,

Я сердца на откуп тебе не отдам.

И коль ненароком сорвусь в эту бездну,

Скользну по крутому её виражу,

Мне кажется, я до конца не исчезну,

Хоть тело своё о металл размозжу.

Туман по стальному ползёт коридору,

Огонь электрической сварки погас.

И под ноги смотрит рабочий, который

Сколачивал этот каркас.

Склон

Сухо, безветренно, маленький склон,

Рыхлый, песчаный, пологий…

Справа и слева – с обеих сторон!

Нитка железной дороги.

Чахлый репейник прижался к земле,

Словно от тяжкого груза.

Может в мазуте, а может- в золе

Жёлтый клочок – кукуруза.

Грязный початок, который не рвут,

Мимо идя, работяги,

Чувствует, как самосвалы ревут,

Дым выпуская в овраги.

Как в гусеничном величье своём,

Словно в броне император,

Вслед за собой оставляя проём,

Землю скоблит экскаватор.

И различает фасеточный глаз

В тёмно-зелёной оправе

Конус трубы, что стремглав поднялась,

Небо насквозь пробуравив.

Здесь до зимы не дано простоять

Тихо живущим и сонно –

Чёрной лопаты торчит рукоять

Между лопатками склона.

Суть

Жизнь вокруг без меры и без края..