DUализмус. Семя льна

???

Как настоящий мэн он задумывался о влиянии будущей солянки на судьбу последующей дружбы. Он думал также о судьбах литературного мира, который после пробы его солянки круто и всяко должен был изменить вкусовые предпочтения и снова начать вставлять вуалированный мат. Такова двойственная жизнь на Земле! Днём цивильно: все в штанах; ночью же и аж без трусов. Что ж её игнорировать в части норматива, эту двустандартную жизнь? Кирьяну Егорычу стыдно смотреть на женщин днём, ибо точно знает, что ночью они все с нескрываемым удовольствием снимут с себя трусы, вырядившись в лишние мужу пижамы.

Что его солянка положительно или вплоть до наоборот повлияет на мир – он не сомневался ни грамма. Особеннно на литературный мир.

Мат-перемат… А с этой временной составляющей как быть? Приглаживать? Уничтожить начисто?

И сам себе отвечал: «В тюрьму за сквернословие не посадят. Ну, пожурят немного, а сами всё равно втихушку прочтут. Ложечкой, медленно, медленно… Станут бодаться критики – а мне это надо?»

И отвечает за К-на Е-ча Чен Джу – а он немного предатель: «Надо, ять, надо.

«В борозду!» – лишнее, по-старинному ёмкое выражение, не добавляющее никакого смысла сказанному и не делающее чести Великой Пъзде.

Для солянки Чена Джу это как последняя капля финишного кетчупа.

Как восклицание серьёзно обозлившегося актера, играющего в триста тридать последний раз надоевшую ему роль бедняги Желткова и только что пристрелившего отечественную княгиню Веру Николаевну вопреки сценарию.

После этого брызжет натуральная кровь и окропляет будто вишнёвым вареньем белое платье актрисы. Красиво!

После этого спешно и непредусмотренно падает занавес, а ожидавшие привычной развязки партер и балконы разваливаются от грома аплодисментов.

Как Бим в париж Пня повёз

Один из героев романчичека – Порфирий Сергеевич Бим до дыр протёр только начатый перекрестясь (10-процентной оконченности, 1,5-процентной жирности, как недоделанная диетическая сметана «Снежок») вариант рукописи.

Млея на проститутках, Бим пересказывает содержание романа. И множит степень своего там участия. Читает выдержки.

– Давай ещё, ещё! – кричат проститутки в экстазе. – Ах! Ох! Не кончай. Продолжай читать. Медленнее! Вот так, вот так.