В тисках мироздания. стихи, баллады, поэмы

Останься, мой клоун!

Я тебя выбрала – будь же мне другом.

Раз ты к манежу навеки прикован,

станет он мне заколдованным кругом.

Маг мне улыбкой печальной ответил,

и потерялся, как в сене иголка…

Радугу цирка нахлынувший ветер

в миг расколол, раздробил на осколки.

Девушка в алом

Она всё лето любви ждала,

а осенью вдруг пропала,

и лишь весною в реке всплыла

вся синяя в платье алом.

Рассвет над нею был тоже ал —

лучистого дня предтеча.

Никто о ней ничего не знал,

но в храме горели свечи…

И кто—то имя её навзрыд

шептал у дверей церковных.

Безногий, сгорбленный инвалид,

далёкий от игр любовных,

над нею плакал, весь мир кляня

за то, что её не стало…

Она напомнила мне меня

та девушка в платье алом.

Дорога к солнцу

Ты ушёл, но с прошлым нить не рви.

И хоть жизнь стервозная такая,

над прозрачной памятью любви,

соловьи поют не умолкая.

В каждом стебле дух родной земли,

окроплённой божьей благодатью.

Мы с тобой старались, как могли

удержать иллюзию в объятьях.

Как играют в зеркале реки

звёзды отпылавшие над нами!..

Ночи те бездонно глубоки,

где сердец безумствавало пламя.

Ты тропу мне к свету указал,

когда солнце смежило ресницы.

Я иду, куда глядят глаза —

та тропа вокруг меня змеится,

приводя в конце концов туда,

где до дна испита счастья чаша.

А в колодце высохла вода,

и буянит ветер в доме нашем.

Я себя пытаюсь убедить,

что любовь в наш дом ещё вернётся…

Разрывая с тёмным прошлым нить,

над своей судьбою вижу солнце.

Дочери Марии

Чадо моё, в мир порочный рождённое,

да обойдёт тебя зло стороной!

Имя твоё, в небесах утверждённое,

не оскверняется чернью земной.

В имени этом любовь и терпение

дом поднимают разрухе назло

так, что к слепому приходит прозрение,

уравновесив душевный излом.

Живые письма

Нет тебя, твои же письма живы.

Всё расстаться с ними не могу.

Чувства в них пронзительны, не лживы,

если я сама себе не лгу.

В каждом слове нежность без предела,

а за ней разлука на века.

Ты был зрел, а юность не хотела

улетать с тобой за облака.

Чтоб союз созвучных душ был вечен,

хоть удел всего земного – прах,

на земле должны свершаться встречи,

а уже потом на небесах.