Эхо моей судьбы

Давай отпустим в ночь скорее наши тени,

Не думай ни о чём и поцелуй меня!

Всё было только сон

Мне грезится порой волнующе и праздно

Твой беззаботный смех в тумане бытия,

Последнее «прости», и мой призыв напрасно

Пронзает толщу лет и дальние края.

Ты помнишь, плыл рассвет, едва касаясь крыши,

И в капельках росы ломаясь и дрожа…

А ты в который раз, увы, меня не слышал,

И подносил мне яд на кончике ножа…

Расплывчато в душе томилось узнаванье

Ненужных пылких слов, безумных и хмельных.

Не стоили труда тебе твои признанья,

Не мне одной шептал ты не однажды их.

Твой голос был таким насмешливым и властным,

Будя во мне искус, неведомый уму…

Но я в твою любовь поверила напрасно

И сердца своего доселе не пойму.

Всё было только сон и мимолётный морок,

Умчались в пустоту заветные мечты…

Но ты мне, как тогда, необъяснимо дорог,

Хоть сожжены навек из прошлого мосты.

Песня боли

Преисподняя чувства тебе не знакома,

Ты за мной не последовал в эту юдоль.

Сердце гложет печаль, душу точит истома,

Захлестнули сознание горечь и боль.

Что случилось со мной на далёкой чужбине?

Не хотела бы знать я такой новизны.

Буря тяжких сомнений бушует отныне

Так навязчиво-вязко в кругу тишины.

Запрокинется небо горячею синью

Над моей неуёмной седой головой…

Всё мне чудится поле и тропка с полынью,

По которой я снова шагаю домой.

Здесь красиво и мирно, всё дышит покоем,

Ни морозов, ни жалящих щёки ветров,

Но сердца холодны.

И грядущего вновь непрогляден покров.

Где-то там, над просторами нищих проплешин,

Над лесами дремучими, еле дыша,

Кружит птицей тяжёлой, чей лик безутешен,

Прогневившая Господа-Бога душа.

И кричит она голосом боли и гнева,

Что любовь её там и покой её там,

Где тягучего слышатся ноты распева,

Где и горе, и радость навек пополам.

Только эхо ответствует скорбному крику.

Может, сплю, наяву не изведав ни мук,

Ни любви этой каторжной, боли великой…

Вот проснусь, и не станет на свете разлук.

Снова что-то не ладится, как несмыканье.

И в горячечном шёпоте прожитых лет

Я никак не расслышу былые признанья,

И чужая сторонка вновь застит весь свет.

Песня памяти

Ветер клонит порывами травы,

Полыхает над полем гроза…

Горше горечи, пуще отравы

Губы мне оросила слеза.