Эхо моей судьбы

И никто здесь не скажет, откуда

Налетела великая мгла,

На душе появилась остуда,

Как узоры на глади стекла.

А печаль, словно жёрнов на шее,

Хочешь, – в омут, а хочешь, – с горы…

Сердце бьётся всё глуше, ровнее

И совсем не приемлет игры.

Растворилась любовь в междометьях,

В перекрёстных обидах и лжи…

И уже на владычество метит

Ветер, молний вонзились ножи

В горизонт, и распластанно стонет

Под громами, колеблется даль…

И вот-вот над землёю уронит

Ливень свой непочатый грааль.

Под вершинами, крытыми лесом,

Над моею седой головой,

Вновь смеются, куражатся бесы,

И вот-вот совладают со мной.

Пропади же ты пропадом, память,

Не хочу ничего вспоминать.

Душу вновь умудрилась изранить,

Хорошо хоть ещё – не продать!

«Я летаю во сне и кульбиты мои невесомы…»

Я летаю во сне и кульбиты мои невесомы,

Словно груз одиночества выпал сегодня не мне.

Я пронзаю пространство вдали от родимого дома

И сгораю, как бабочка, в звёздном холодном огне.

Это гордость моя стережёт мои сонные очи,

Только смежу – и в путь, в фантастический странный полёт…

Жизнь, как якорь, на цепь мою душу к земному торочит,

До земного охоча, всё мимо и мимо снуёт.

Что ты медлишь, Господь, оболочка моя обветшала,

Небезгрешную плоть, будто кокон, пора разломать.

Я надеюсь, Твоя мне не вечною будет опала,

Лучше Бога никто не умеет любить и прощать.

«Прощай, любовь! Тебе не удалось…»

Прощай, любовь! Тебе не удалось

Открыть своим ключом ворота рая.

Я в сердце не вынашиваю злость,

Но не забуду, даже умирая,

Мучителя, что был со мной суров

И, мой порыв приемля равнодушно,

Презрел мои признания и кров,

И согласился с доводом послушно,

Что так нельзя, но будет всё, как есть,

Что я чужда и времени, и месту,

И я должна, услышав эту весть,

Послушна быть, покорна, неизвестна…

Я – без лица, без имени, без дат,

Без общих дел, но в чутком ожиданье,

И будет мне наградой из наград

Однажды наше тайное свиданье.

Но нет, я в жертвы точно не гожусь.

Скорей забудь меня, как день вчерашний.

Я снова в одиночество вернусь,

С тобой, любовь, мне холодно и страшно.

«То молил, то срывался на крик…»

То молил, то срывался на крик

Голос разума, сердцу не внемля.

Год прошёл, словно крошечный миг,

И весна опустилась на землю.