Любовь и жизнь

Иначе разбредаются, кто куда. Ты это учти, сынок. Их одних оставлять нельзя! Хотя и нас тоже!

– Выпить нам с тобой надо! Марья, бутылку на стол и закуся нам с зятьком! – закончил свою длинную речь тестюшка.

Глава 6

Взбудораженная внезапным приездом мужа, Галина тут же заставила стол закусками, которых Володя совсем не ожидал увидеть в доме пенсионеров.

– Что ты так удивлённо смотришь? – засмеялась она, – это всё Лёнчик, мой одноклассник. Работает в ОРСе не последним человеком. Только вот привезли с ним по мешку сахара и муки, которых в магазинах днём с огнём не сыщешь.

Будем теперь с мамкой хлеб да блины всю зиму печь и горя не знать. И папане на его нужды сахарку выделим. С его потребностями давно не справиться с нашими копейками. Если б знала, что ты приехал, помог бы занести в кладовку. А то сама с Лёней таскала.

– Мои потребности вас не касаются. Вы в своих разберитесь, нашлись тут указчики, – недовольно вставил тесть, вожделенно разливая содержимое бутылки.

Аромат жареного сала и яичницы вызвал у голодного Володи лёгкое головокружение. При родителях он не стал задавать жене никаких вопросов, отложив на потом свои закравшиеся в душу сомнения. Почему-то очень захотелось выпить и оттянуть нежеланный разговор.

– Ну, будем, зятёк, за встречу!

– Доброго здоровья!

Содержимое стакана перехватило дыхание, слёзы градом посыпались из глаз.

– Что это? – с трудом выдавил Володя, закусывая солёным огурцом, услужливо протянутым тестем.

– Это, сынок, первачок, сам гнал, в нём градусов девяносто.

– Его сорок уже давно не устраивает, – проронила, чуть улыбнувшись, тёща, усаживаясь рядом с дочкой.

– А я думал, что самогон мутный, – приходя в себя произнёс с удивлением Володя.

– Это в кино сивуху какую-то показывают, – гордо вставил тесть, – а моя водочка всегда чистая, как слеза. Сахарок—то беленький, откуда ей мутной быть. Да через фильтр с ваткой и угольком пропущу, вот напиток Богов и на столе.

– Ты с отцом не равняйся, его никто не перепьёт, – шепнула Галина, когда захмелевший Володька не отказался от третьей дозы в гранёном стакане.

– А ты там не нашептывай, мужики мы, или не мужики? – одёрнул дочку отец, наливая по четвёртой…

На следующий день Володька чувствовал себя омерзительно. Не помнил ничего, но голова почему-то была светлой, хотя слышал от многих о невыносимых болях после чрезмерного употребления алкоголя.