Odnoklassniki.ru. Неотправленные письма другу. Книга вторая

– Лучшим в гостинице этот номер сделал я сам, – попытался, было, вразумить новоиспеченную начальницу, – Своими руками его отремонтировал, и материалы сам покупал. Вы можете то же самое сделать с любым номером.

– Ничего мы делать не будем. А вы, раз такой специалист, сможете другой номер отремонтировать, – заключила начальница, тут же выдав указания администраторам, – Этого товарища немедленно переселить. Номер не занимать.

Мои возмущения, которые тут же довел до сведения командира части, были им проигнорированы.

Мне даже показалось, что поиск хорошего номера велся по инициативе командования. А потому в тот же день я оказался в грязном одноместном номере, в котором не было ни воды, ни унитаза. Только дверь без замка, голые стены в непонятных разводах, оконная рама, практически без стекол, и ржавая ванна. Не было, разумеется, кранов, розеток и некоторых выключателей. В общем, спасибо тебе, Шурик.

Конечно же, обратился к Липинскому. Он выделил в помощь Женю Иксанова. И мы с Женей снова, как полтора года назад, сделали из развалюхи одноместный номер люкс.

«Зато в этом номере меня уже никто не побеспокоит», – наивно полагал я. Как же ошибался… Стоило мне появиться в казарме после трехдневного отгула, взятого для переселения, как в обеденный перерыв того же дня, состоянием номера был приятно удивлен Маленький Наполеончик.

– А здесь у тебя не хуже. Краской только пахнет. Похоже, недавно ремонтировали. Тесновато, правда, – делал свои замечания Шурик, – Ладно, ты пока займись чем-нибудь, но сильно не шуми.

А я, пожалуй, вздремну, – завершил свою речь Шура, собираясь раздеться.

– Знаешь, Шурик, у меня точно такие же планы. А поскольку койка одна, да к тому же моя, выводы делай сам.

– Иди ты! – раздался возглас Эллочки-людоедки, – Ну ты даешь! Кто же так гостей принимает? Ты сходи в администраторскую. Попроси раскладушку, или диванчик.

– Шура, ты в своем уме? Зачем в одноместном номере раскладушка? Для кого? Для шпиона Иванова? А шурики должны ночевать, где им положено – или дома, или в казарме, а не в гостиницах, – негодовал я, удивляясь в душе непроходимой наглости Маленького Наполеончика.

Шурик, похоже, обиделся, хотя, мне кажется, это чувство ему просто незнакомо. Но с неделю не досаждал. Потом появился снова. Он уже понял, что спать на моей койке ему вряд ли удастся, а потому теперь его интересовал телевизор, или магнитофон. Развалившись в кресле, он дремал под уютную музыку, или с интересом смотрел телевизионную передачу.