Сквозь високосный год. Поэтические хроники. Книга первая

А я им так:

Много чудиков в России —

Каждый первый в ней Чудак!

Ведь на них стоит Держава,

А за ней все мы – стеной…

Так, что лучше, Вам, пожалуй,

Обходить нас стороной!

Мороз

По телевизору всерьёз

Нам всё расскажут про мороз

И повторят потом раз пять:

Мороз! Всего-то двадцать пять…

Какой мороз, побойтесь Бога,

Всего лишь холода немного —

Но для страны уже беда!

Жаль, вы не знали никогда,

Что значит истинный мороз —

За пятьдесят. И не вопрос —

Как раз под самый Новый год

Во всю гулял всю ночь народ

И только утром он узнал

Мороза этого финал:

Замёрз газ в трубах.

А остальное ерунда…

А что сегодня? Минус пять?

А нам: Мороз! Кричат опять…

В тот день

В тот день он умер. Отошёл от жизни.

От революций отошёл и прочих дел.

Была зима в своём привычном виде —

Январь творил морозный беспредел.

И толп осиротевшего народа

Ещё пока не видно. Лишь в Кремле

Вожди решали чинно, благородно —

Предать ли Революцию земле?

Но партию предать и он не может.

Так пусть живёт он – смертью смерть поправ!

Родной стране бессмертием поможет,

Народную любовь сполна познав…

И лишь один усатый мысль лелеял:

Теперь он без него не пропадёт,

Уж если будет Ленин в Мавзолее —

Туда товарищ Сталин попадёт!

Всё вышло так, как новый вождь задумал.

И красный терем вырос у Кремля,

Как раз напротив нынешнего Гума…

Видать, напрасно ждёт его земля

Того кто умер в день январский давний…

Лежит всем на показ почти сто лет

Давно не человек, а просто Знамя

Побед великих и великих бед…

Баллада о вожде

Жил человечек маленького роста,

Учился в школе.

Искал пути и сам их находил…

И брали Зимний бравые матросы

И оказалось быстро всё и просто,

А маленький невзрачный человечек

Из Смольного уже руководил…

Всё это будет – позже лет на десять,

Но час его покуда не пришёл,

Да и себя ещё он не нашёл,

Да и народу был не интересен…

А между тем, набрав ума и силы,

Немного полысел и постарел…

Жаль, пятый год в Женеве вместе с пивом

По молодости – просто просмотрел…

Россия пошумела, покричала,

Но без него.

Не зря же он марксизм учил на «пять»

И без неё решил – начать сначала,

Чтоб разбудить её, как раньше Герцен,

Подняв толпу – разрушить всё  мечтал….

Он о России думал.