Рукопись, написанная кровью

Вы не подумайте – я старалась, чтобы у нее было все самое необходимое, у нее и шубка была приличная, и сапожки, и норковая шапка, но у Марины появились такие высокие запросы, которые мы с Петром Александровичем не могли удовлетворить…

– Марина занималась проституцией?

– Думаю, у нее были постоянные мужчины, которые содержали ее. Да, по большому счету, я думаю, это можно было бы назвать проституцией, но все же это был образ жизни более приличный, что ли… Она не была девочкой по вызову, нет, она очень любила себя, и если судить по тем обрывкам телефонных разговоров, которые мне удавалось иногда подслушать (признаюсь, я старалась хотя бы таким образом хоть что-то узнать о своей дочери), звонившим мужчинам стоило трудов уговорить ее встретиться с ними.

Она разговаривала с ними вполне достойно, и мне всегда казалось, что это идет у нее именно от осознания своей красоты… Красота – вот единственное оружие, которым она пользовалась в достижении своих целей.

– Она где-нибудь училась?

– О да, она хорошо училась, окончила филфак в университете, романо-германское отделение, работала переводчицей в одной совместной российско-германской фирме, но недолго, уволилась оттуда и, быть может, сразу после этого перешла на содержание своего первого постоянного любовника.

– Как называется эта фирма?

– У нее довольно сложное название… Подождите, я принесу вам ее визитку…

Фирма называлась «Фарма-Инвест», и Бродягина Марина Алексеевна являлась там переводчиком.

А вот что стояло за столбиком из цифр – великим множеством телефонных номеров, факсами и латинскими буковками электронных адресов фирмы, – угадать было сложно. И не оттуда ли были те таинственные и невидимые мужчины, на содержании которых жила Марина?

– Вы позволите мне взять на время эту визитку?

– Разумеется, у меня их много…

– А могу я взглянуть на комнату Марины?

– Конечно, можете, пойдемте, я вам все покажу, тем более что там все сохранилось так, как было при ее жизни… Знаете, я довольно часто захожу туда, и мне все кажется, что сейчас вот раздастся лязг ключей из прихожей, в квартиру быстрым шагом войдет Марина и раздраженным голосом начнет спрашивать меня, что это я делаю в ее комнате…

– Ей не нравилось, когда вы заходили туда?

– Нет, не нравилось.