Амалия. Перекроить судьбу

 – Давайте сходим завтра, а затем займётесь своими жутко важными делами. Или утром продадим товар, а к обеду съездим.

– Но столько дел…

– Не лишайте себя времени, проведённого рядом с семьёй, – перебила мужчину.

– Хорошо, – сдался он. – Завтра так завтра. Я пойду спать тогда, утром разбужу.

Пожелав нам спокойной ночи, Васил вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я же, дождавшись ванну, искупала Итана, уложила спать и сама погрузилась в тёплую воду. Такого наслаждения не испытывала с момента попадания в этот странный мир.

Вдоволь належавшись в воде, вымыла волосы и растёрла тело тряпкой до скрипа. Замотавшись в полотенце, вылезла из ванны и вывалила содержимое сумки на стол. Мне бы что-то, в чём можно спать ночью, да и сменную одежду найти не помешает, а то та, что была на мне, уже в ужасном состоянии.

Я отыскала ночную рубашку до пяток и быстро натянула на себя. Переворошив вещи, отыскала неплохое глухое платье с пуговицами на груди. Очень удобно, учитывая, что я кормящая мама.

Отложив его в сторону, принялась дальше перебирать вещи: двое панталон, заменяющих здесь трусы, ещё одна ночнушка, униформа горничной, состоящая из грязно-коричневого платья, белоснежного передника и такого же белоснежного чепчика. Ещё одно платье, но если то, что я отложила, было летним, лёгким, то это, наоборот, тёплое, шерстяное. Помимо этого лежали мешочки с монетами, гребень с частыми зубьями, пара лент, чтобы завязывать волосы, и брусок вонючего мыла, напоминающего хозяйственное.

Это самое мыло я отложила в сторонку, решив постирать панталоны.

Или… Я задумалась, не остаться ли мне здесь на время, пока не подыщу жильё? Думаю, за неделю я определюсь, хочу ли жить в этом городе. А там уже буду выбирать. А раз я останусь, то могу постирать платье, оно как раз за сутки высохнет.

Простирнув наряд, повесила его на натянутую верёвку. Оглядев дело своих рук, протёрла туфли и разрешила себе наконец отдохнуть. Укутавшись в одеяло, я обняла сына и уснула под мерное сопение малыша.

Утром меня разбудил Васил, но сказал, что сходит по делам сам, а мне велел отдыхать. Я кивнула, закрыла за Василом дверь и легла спать дальше, прерываясь лишь на кормление Итана. Божечки! Славься тот умник, что придумал самоочищающуюся пелёнку! Представить себе не могу, как бы я меняла бельё. А ведь и сушить негде, да и пелёнок нет…

Васил вернулся примерно в обед. Разбудил меня, удивившись, что я ещё сплю, и потащил вниз – обедать.