Меня зовут Мзунгу

Это был наш ответ предыдущим группам с их мачизмом. Никаких споров между нами не было, и каждая из нас быстро решила, кем будет в группе. Так появились барабанщица, басистка, клавишница, соло-гитаристка и я стала солисткой.

Группа «Райские птички»: справа налево – Ермильчик, Ушачок, Степашка, Беня. Фотограф – наша клавишница

Как у всех музыкантов у нас автоматически возникли псевдонимы: барабанщица была – «Степашка», басистка – «Беня», клавишница – «Хоботкова» или «Холодильник», соло-гитаристка – «Ермильчик», а я «Ушачкова» или «Ушачок».

Всё это были производные от наших фамилий, совершенно натуральным образом возникшие в творческой среде.

Далее пошли перемены внешние. Наша соло-гитаристка покрасила волосы «Зелёнкой», басистка наплела нам столько фенечек, что у каждой из нас обе руки до локтя были ими увешаны. Я же решила проколоть ухо, и сделать это отличительной чертой своего стиля. По всем правилам это нужно было сделать в левом ухе и нечётное количество дырок. В целом места хватило только на пять.

Но и этого было достаточно, чтобы «довести до инфаркта» моих родителей. Помню, как мама присела на стул, долго молчала, потом попросила время, чтобы подготовить папу. Поэтому я ещё пару недель ходила с распущенными волосами, закрывающими уши. Однако окончательная идея вставить в левое ухо пять английских булавок от большой до маленькой выдала меня. Зрелище было явно привлекающее внимание, все смотрели на моё ухо: кто с восхищением, кто с удивлением, а кто с ужасом. Но главная цель – выделяться – была однозначно достигнута. Далее появились рваные джинсы, множество металлических колец на пальцах и странные ботинки на больших подошвах.

Теперь нам нужно было название: шокирующее, противоречивое и вызывающее. Мы решили называться рок-группой «Беспредел», но чтобы это было ещё загадочнее, и чтобы только избранные понимали истинный смысл, название было переведено на английский – «Баундлес» (англ. Boundless). Не знаю, почему мы перевели именно так, ведь мы вкладывали смысл, как «произвол, беззаконие, своеволие», а получилось как-то более поэтично «безграничный, бескрайний».

Не удивительно, что в нашей школе название всем понравилось, даже учителям.

С этого момента мы стали учиться играть на своих инструментах. Да, да, до этого ни одна из нас не умела ни барабанить, ни играть на гитаре. Мы все учились в музыкальных школах в классах фортепиано. Одна только клавишница в совершенстве владела своим инструментом.