Меня зовут Мзунгу

Несмотря на то, что я с самого начала собиралась только петь, я подумала, что нам не хватает ритм-гитары. В итоге я тоже начала учиться играть на акустике, которую я выпросила дома у своей мамы.

Первую бас-гитару мы купили у какого-то панка за 100 рублей. Для этого мы наплели из бисера фенечек, которые сдали на продажу в один туристический магазинчик. Магазин их продавал за 20 рублей и делился половиной от выручки. Итак, мы зарабатывали по 10 рублей с каждого браслета, и очень скоро выкупили первую гитару для нашей группы.

Первая барабанная установка нам досталась в наследство от «Горячих панков» и «Анатомии души». Нам посоветовали найти школьного звукооператора дядю Костю, который нам мог её выдать для репетиций.

Дядя Костя работал «в каморке, что за актовым залом». Это был высокий худощавый мужчина с большими глазами и всклокоченными волосами. В один прекрасный день после уроков пять девочек завалило в его тесное помещение с новостью, что мы новая рок-панк-женская группа и нам срочно нужно открыть актовый зал для репетиций и поставить на сцену барабанную установку и подключить к колонке бас-гитару.

Ни одна мускула на его лице не дрогнула, он даже не был удивлён. Вероятно все предыдущие годы с одним и тем же требованием к нему вламывались ещё более панковские панки и крутые рокеры. Мы же были почти милыми и безобидными, и вряд ли могли вызывать опасения, что мы проломим барабан или разобьём гитару об сцену.

Дядя Костя даже начал учить барабанщицу каким-то базовым ритмам и нашёл электрогитару для соло-гитаристки.

Самое главное, что он открывал нам школьный актовый зал, ставил оборудование на сцену, включал микрофоны, регулировал звук и слушал наше завывание столько, сколько мы репетировали, никогда не намекая, что уже поздно, и у него закончен рабочий день.

Вскоре клавишнице родители подарили современный синтезатор, который мог имитировать множество звуков, что, безусловно, обогащало наше музыкальное звучание. А затем родители барабанщицы купили ей домой свою собственную барабанную установку, которая заняла треть её комнаты.

С этого момента мы стали репетировать у неё. Совершенно не понимаю, как соседи терпели наше творчество, но мы репетировали с полноценным звуком. Чуть позже кто-то из знакомых рок-музыкантов дал мне электрогитару, я стала ритм-гитаристкой. Теперь мы могли считаться полноценной рок-бандой.

Мы начали репетировать с песен Егора Летова, нашего сибирского панка: «Всё идёт по плану» и «Ходит дурачок по лесу».