Счастье в мгновении. Часть 3

А насчет лжи… Видимо, она заразна, что мы с моей дорогой повисли у нее на крючке.

– Джексон, кроме как пожелать удачи, ничего не могу сказать, – с грустинкой добавляет Ритчелл, от ночной прохлады прижимаясь к Питеру.

– Да, – вздыхаю я, осознавая всю правду в их словах. – И…

– Не волнуйся по поводу нас, еще посидим у тебя, – уверяет подруга, улыбаясь.

– Оставите меня с Миланой наедине? – Смотрю на нее, стоящую с угрюмым видом и взирающую на озеро.

Согласившись, они идут к машине, и я выкрикиваю Питеру:

– Брат, ты же знаешь, о чем я тебя попрошу?!

Он твердо без настроения отвечает:

– Я не оставлю их обоих.

 – И чуть громче поднимает голос, отдаляясь шаг за шагом: – Милана, мы тебя ждем в машине.

Лунный луч касается ее опечаленного лица.

– Любимая, я знаю, я всё знаю, что ты чувствуешь сейчас… – с глубиной отчаяния бормочу я, глядя в ее погрустневшие глаза. Я кладу ее прохладные ручки в свои. – Я разберусь во всём.

– Джексон, – от ее взгляда я точно расплачусь, – я переживаю за тебя.

Так голова разламывается от боли… от страха… Скверное предчувствие овладевает мной. Я…

– Малышка, – останавливаю печальные думы большим пальцем, коснувшись губами её губ, – я всё улажу. Я поговорю с ними и всё, всё скажу о нас с тобой… – И ко всему к этому добавлю мягкий отказ о принадлежности к его компании. – Совсем скоро мы будем вместе и объявим об этом официально, но, а пока, нужно набраться терпения и подождать… И я непременно вышлю сообщением рекомендации своего доктора от головной боли! Не пей пока никаких лекарств.

Опиши, где болит и есть ли тошнота? – обеспокоенно допрашиваю я, указывая на части ее лица, спрашивая, где болит.

– Джексон! Я немаленькая. Разволновалась, и она заболела. Все пройдет.

– Нет. Я вышлю, и ты им последуешь! Я попрошу Ритчелл, чтобы она сделала тебе массаж шеи и…

Она глубоко вздыхает, прерывая меня насыщенной грустью во вздохе, и с ноткой негодования произносит:

– Ты слышал его тон? Слышал, как он указывает тебе? А как указывал нам?! А как мне сказал?!

– Когда я рядом с тобой, мне ничего не страшно.

– Я переживаю, я так переживаю… – Щенячья нежность сильно трогает меня.

Я улыбаюсь каждый раз, когда чувствую ее заботу, согревающую мое сердце, которое отогревается от этих слов и рождает радость.

– Запомни, чтобы ни случилось. Toda mi alma en tus ojos[8 - Вся душа моя в твоих глазах (исп).], – говорю и быстро целую ее в мягкую щечку.