Волчица для императора чудовищ

Хотя Арлана и сказала, что лагерь рядом с лесом, а не в самом лесу, тёмная магия царит в близких тем землям пределах. Я могу просто не увидеть лагерь чернокнижников из-за её влияния и попасться. Или привести себя и девчонку в ловушку. Да и… я просто устала. Сил тащить девчонку на спине у меня не найдётся, а пигалица без сна не сможет идти.

– В глаза что-то попало, – отмахнулась я, поднявшись на второй этаж в поисках спальни. В нашем с братом доме была всего одна комната, находиться в двухэтажном особнячке мне было непривычно, но… не хочу тащить эту аристократку в маленький домик: ещё ныть будет.

Да и… в первую очередь меня стали бы искать в моём старом доме, если бы сунулись в деревню. Но вряд ли кто-то, если даже и пустился меня преследовать, решиться вступить в пределы нашего бывшего поселения. Даже Томас. Он лишился в ту ночь двух младших сестёр.

– Это самое глупое объяснение слезам из всех, что я слышала, – заявила Арлана, шедшая за мной следом. – И почему вы все его всегда используете? Мои братья вечно мне так отвечают.

Значит, братьев у неё несколько, а в лагере лишь один.

– А родители? – спросила я, открыв третью уже по счёту дверь. Обнаружив спальню, притом с двуспальной настоящей кроватью, я шире распахнула белую дверь, в закатном свете казавшуюся оранжевой, и пустила девчонку внутрь.

Она прошла, провела пальчиком по столбику кровати и, прикусив губу, ответила:

– Раньше тоже… так говорили. Они погибли от яда год назад, так что и мне есть с кем побеседовать, когда умру.

Похоже, теперь мы с ней в расчёте. Девчонка задавала много вопросов, я спрашивала в ответ.

– Мне жаль, – я передёрнула плечами и уже хотела выйти в коридор, поискать место в доме, где смогу приткнуться, когда Арлана меня окликнула.

– Постой!

Я обернулась, недоумённо глядя на юную аристократку. Девчонка поморщилась, но всё же попросила:

– Останься со мной. Мне… немного страшно.

Арлана была младше меня всего на два года. Даже почти на три, но казалась таким ребёнком, что я не нашла в себе сил ей отказать.

Вообще-то… мне нравились дети, хотя я не признавалась себе в этом и нередко ворчала. Просто никогда не рассчитывала завести семью: мы с братом всю жизнь были одни-одинёшеньки, выживали, как могли. Я с детства знала, что вырасту и буду помогать ему во всём. Отплачу за то, что он вырастил меня.

– Хорошо, – я постаралась дружелюбно улыбнуться. Кажется, пока я была только большой и злой тётей.