Половинки одной судьбы. По праву победителя. О чем молчат легенды

Из-за стеклянной стены колледжа я видела, как "рено" неторопливо движется по лужам. Из тонированного внедорожника так никто и не вышел. Похоже, владелец танка на колесиках просто кого-то поджидал.

Во время большой перемены я нашла Синичку в буфете. Она кивнула мне и поднесла к уху мобильник.

– Привет, Вадим… Тебя не будет?.. – Танюшка нахмурилась. – Понятно. Хорошо, передам.

Ух ты! Это уже интересно! Я еле дождалась, когда Синичка попрощается с Черновым.

– Вадик взял у тебя телефон? Когда?

– Недавно. Это не шаг к сближению, – понимающе улыбнулась Синичка, – Вадим звонит только по делу.

Сейчас вот просил сказать, что его не будет несколько дней по семейным обстоятельствам.

– Слушай, Танюш, надо что-то придумать! Может, нам вчетвером собраться? Мы с Гербертом и ты с Вадиком. Ты же хочешь с ним встречаться?

Синичка резко и густо покраснела. Не похоже на Танюшу. Что это с ней творится?

– Хочешь, и это нормально, – продолжила я. – Вы друг другу подходите, надо только немножечко его подтолкнуть.

А то вы до четвёртого курса проговорите об уроках.

– Викусь, так прошло-то всего две недели…

– Тебе мало? Я за две недели успевала повстречаться с парнем и расстаться с ним. Подумай о том, чтобы погулять парами.

– Хорошо, – вяло согласилась Синичка.

После занятий Герберт встретил нас у дверей с большим зонтом. Снова начался дождь, и прогулку пришлось отложить. Танюшка, как я и думала, собралась весь вечер заниматься. Есть же люди, которым действительно нравится учиться в нашем колледже!

Герберт довёз Синичку до дома.

– Викуля, раз мы уже тут, может, познакомишь меня с отцом? – спросил мой любимый.

– Не получится, отец вернётся ближе к полуночи. Зато я могу задержаться, – радостно сообщила я. – Мама меня прикроет, она скандалов не любит.

Запищал мобильник, принимая сообщение от Никиты.

"Похороны послезавтра в 10. 30. Нина пришла в себя".

На глазах выступили нежданные слезы, но где-то в глубине сознания мелькнула мысль о туши на ресницах, которая может потечь.

Надо же, я почти не вспоминала о девочках, а сейчас так отреагировала на эсэмэску. После вчерашнего сеанса Герберта мысли о Юле и Нине сами отлетали прочь.

Любимый взял у меня телефон. Быстрый взгляд скользнул по экрану. Я торопливо вытерла слёзы, стараясь не размазать их по лицу вместе с чёрной тушью.

– Нам стоит провести ещё пару сеансов сегодня и завтра, – сказал Герберт.

Мне сразу стало легче при мысли, что он успокоит меня, как вчера вечером.