Быть Корелли

Запах мандарина – чужой запах – удушающим, сладким туманом растекался по салону, вытесняя из головы все мало-мальски связные мысли. После Габриэле в машине всегда оставался тяжёлый, резкий древесный флёр, почти мужской, от которого Алессандро сразу же проветривал салон. А, может, этот странный выбор аромата был всего лишь искусной шифровкой? Чтобы замаскировать запах других мужчин? Алессандро зло усмехнулся своим мыслям. Габриэле получила своё, но ему не стало легче. Свой позор он будет помнить до седых волос…

– Зря вы остановились.

Низкий, хрипловатый голос, донесшийся справа, выдернул Корелли из глубокой задумчивости. Его мысли о пережитой сегодня семейной трагедии восходили по спирали на новый виток, и не было им конца, но её слова выдернули его в реальность, переключили на «здесь и сейчас». Чувство отвращения и жалости к себе одномоментно сменилось злостью на её беспечность, на её неразумное желание так распорядиться собственной жизнью и  жизнью того, кому выпало бы исполнить её желание.

– Так вы за этим вышли на дорогу? А о водителе вы подумали?!

– В жизни бывают такие моменты, когда меньше всего хочется думать о других.

Снова этот странный, царапающий слух тембр, который так не шёл её очень юному, утонченному лицу. Она говорила, как заядлая курильщица, только вот табаком от неё не пахло. Алессандро повернул в её сторону голову. Она повернула тоже. Их взгляды встретились, и Алессандро почувствовал, что его будто толкнули в грудь.

– В бардачке влажные салфетки и фляжка. Там виски. Выпейте, вам не повредит.

Он спешно отвёл глаза. Корелли следил за дорогой, прислушиваясь, как она зашуршала в недрах бардачка, открутила крышечку, сделала глоток и часто задышала раскрытым ртом, стараясь унять огонь крепкого напитка, наверняка опалившего ей горло с непривычки. Потом она сделала ещё глоток, а после раскрыла салфетки и принялась стирать с лица остатки макияжа.

– Кто вас так?

– Мужчина, – ответ был очевиден. – С которым я сплю, – дополнила она с откровенностью, которая обычно лезет наружу после порции крепкого спиртного. Алкоголь разогрел её и чуть расслабил – закончив с умыванием, она откинулась на спинку кресла и чуть склонила голову набок, прикрыв глаза.

– Раньше я думала, что он просто любит пожестче. Мне не особенно нравились все эти связывания, плетки, кляпы, но было терпимо.