Последнее лето

Какой-то старый человек долго смотрит на нас, потом берет Диму за руку и спрашивает: «Бус? Сити?». Дима грустно кивает бородой. Мы плетемся за дедом сквозь полусон и жару, садимся в ободранный автобус.

Он такой старый, что ездит сквозь время. Он увозит пассажиров туда, где из века в век древняя молитва слышна с минарета. Где живут забытые в детстве ковер-самолет и сказочный джинн. Где происходят чудеса – всегда, и никогда – новости из Интернета.

Горячий ветер гладит лица сквозь открытые окна. Пронзительное небо отражается в черных очках-авиаторах.

Уже трудно поверить, что где-то может случиться дождь. Что где-то вообще может что-то случиться.

11

Автобус, чихая пылью, плетется по пустыне. Под вечер мы въезжаем в какой-то большой город и встаем в диковинную пробку из ослов, верблюдов и ржавых фольксвагенов-жуков. Жуки, вздыхая, ползут через мост, навстречу огненному закатному шару, который вот-вот скатится с горизонта на блестящую ладонь реки.

– Здесь есть аэропорт?

– No.

В перерывах между городами Дэн узнает, что сделка, на которую он летел, сорвана, а его уволили с работы.

Ну и хер с ними, говорит Дэн, и пытается покурить на заправке…

Ася, пережив сто двадцать шестую попытку узнать о судьбе нашего багажа и своей доски, плюет на это дело и успокаивается.

Лия и Марк отобрали у Дэна планшет. Типа для Яна, чтобы было, чем занять ребенка в дороге. Ага, пятый час сами играют на нем в какую-то хрень, громко ругаясь.

Ян подружился с арабом-водителем и тусуется в кабине.

Дима большую часть времени спит, обняв рюкзак.

Я слушаю Tiesto и рисую в блокноте придорожные низкие горы и лица соседей.

Где мы? Куда мы едем? А черт его знает… Просто едем.

12

Большой город кончился, кругом снова пустыня. Уже ночь. Интересно, а у этого автобуса вообще есть конечная остановка?..

Свет в салоне давно выключен, только мерцает экран – в телевизоре идет арабское кино. Мне симпатичен актер, который играет главную роль. У него сухое, очень живое и подвижное лицо.

Он все время попадает в неловкие ситуации, над ним все смеются, и мне его жалко. Я внимательно слежу за развитием сюжета, пока не засыпаю.

Просыпаюсь я от удара. Кругом крики, грохот, какая-то беготня. Автобус стоит.

– Что случилось? – спросила я у Дэна, оказавшегося поблизости.

– Да хрен знает – я спал.

Двери открыты, и мы выходим на улицу. Авария. Автобус столкнулся с какой-то железной ремонтной херней. Рабочие забыли ее посреди дороги.