Наследник для Шаха

Аслан…

Повторяю про себя имя мужчины. Интересно, что это имя означает.

Странное дело, Шах пугает и вместе с тем я от него глаз оторвать не могу. Все рассматриваю черную сорочку, которая обтягивает литые мышцы, как вторая кожа. Брутальный кавказец.

Этот мужчина явно представитель другого мира, мира богатства и достатка, и я вдруг кажусь себе невообразимо жалкой в своем куцем платье уборщицы.

Хотя не в размере платья дело, будь я сейчас в своем грязном и мятом, вряд ли чувствовала бы себя лучше.

Делаю тяжелый вдох. Платье в районе груди чересчур натягивает ткань, и я вспоминаю об этом именно сейчас, в эту самую секунду неудачного вдоха, так как Шахов резко разворачивается на каблуках своих глянцевых дорогущих кожаных туфель.

Наконец, поворачивается ко мне всем корпусом и окидывает весь мой наряд коротким острым взглядом.

Вдруг кажется, что я привлекла внимание хищника, но я одергиваю себя от этих мыслей. Это только в кино миллиардер может влюбиться без памяти в прислугу.

Смени я сейчас форму на джинсы с джемпером и распусти волосы – Аслан меня в жизни не вспомнит и не узнает.

В жизни все тривиальнее. Я всего лишь обслуга, незаметная девчонка в сером платье, коих тут шурует великое множество.

Несправедливость жизни ударила меня впервые, когда я оказалась вдали от дома с одним чемоданом в руках и надеждой покорить столицу.

И я ее продолжаю покорять.

Пока работаю в этом дорогом месте, поняла, что униформа способна придать человеку как статус – это, скажем, как прокурорская форма. Надень ее и все вокруг начинают относиться с почтением, может, со страхом, если есть что скрывать.

А моя серая форма превращает человека в невидимку. Поначалу было странно с этим свыкнуться. Когда тебя берут на работу и предупреждают, что если вдруг повстречаешься с кем-то из посетителей, обязан здороваться и неважно, что тебе же в ответ ничего не скажут, пройдут мимо, словно ты стена.

Вот такие вот правила. Обслугу не воспринимают, не замечают. Это если мы исправно работаем и делаем все правильно, когда все чисто и убрано, невозможно придраться, а значит, нас можно спокойно не заметить.

Только вот если что-то идет не так и случается малейшая провинность, Зуева включает страшную стерву, устраивает разнос, а иногда и увольняет без слов.