Наследник для Шаха

Когда одна часть меня без конца кричит, чтобы бежала прочь и спасалась, а вторая… затаив дыхание замирает под взглядом сильного самца.

Глупость и сумасшествие.

Звонок мобильника раздается и приносит мне капельку успокоения, Шахов забирает пальто и на мгновение в поле моего зрения попадает его смуглая рука с набитой татуировкой птицы на тыльной стороне ладони.

Так же взгляд привлекает серебристый обруч на безымянном пальце. Немного странный. Совсем не напоминающий украшение… но все же кольцо на безымянном…

Шах отвечает на звонок, сбивает с мысли, а я подпадаю под дурман глубокого голоса.

Мужчина говорит не на русском. Чужой язык насыщен гортанными и глухими звуками, резкими интонациями.

От подобного голоса, которым можно лед колоть, меня начинает мутить, ладошки потеют, а в животе трепыхают бабочки.

Я не имею права уйти, пока меня не отпустят. Таков порядок в «Элите».

Но я иду на нарушение этого правила. Пользуюсь моментом, что Шах отвлекся, быстро собираю инвентарь, который успела вытащить, обратно.

Бросаю взгляд в сторону незнакомца. Не могу заставить себя не оборачиваться на него.

Мужчина подходит к окну и облокачивается широким плечом о стену, сам смотрит в огромное панорамное окно, рассматривает вечерний город и полет луны в небесах.

Красивая сегодня ночь и спутница земли нависает над окном, прокрадываясь в лоундж. Вид здесь открывается великолепный, пожалуй, лучший из всех.

И я такого же мнения относительно мужчины, от которого не могу оторвать взгляд.

Сорочка облепила вздувшиеся мышцы на спине.

С каждой секундой я замечаю, что Шахов больше напрягается. Он говорит короткими фразами. Все это, скорее, напоминает череду приказов или целевых указаний, которые дает мужчина явно не равному себе.

Может, говорит с подчиненным, а может, и с провинившейся женщиной…

Интонации разговора меняются. Прекращаю таращиться на Шахова. Выдыхаю с шумом. Ноги гудят, я устала, выдохлась и единственное, чего хотела еще пару часов назад – это получить небольшие чаевые и удостовериться, что постоялец доволен, тогда с Зуевой можно и об авансе договориться, а уже завтра отправить деньги маме.

Сейчас и это становится второстепенным. Главное уйти. Что я и тихонечко реализовываю. Наклоняюсь за брошенной на пол последней тряпкой, как меня что-то резко смущает.

Ощущение, что в пространстве что-то меняется. Вскидываю голову и смотрю в сторону мужчины.