Наследник для Шаха

Даже очень… Лида… – произносит нараспев, тянет гласные.

И чужое имя обдает кислотой. Я словно воровка примерила на себя чужую личину. Хочется поправить и назвать свое настоящее имя. Я ведь Полина. И хочется услышать, как восточный мужчина с таким же придыханием назовет мое имя.

Глупость! Боже, какая несусветная глупость!

О чем я думаю?!

Просто виной всему его напор, его харизма. Я не особо пользуюсь успехом у мужчин, времени нет, да и никогда не претендовала на звание красавицы, за которой ходят толпами, а тут такой мужчина и такая страстность в каждом жесте, в каждой букве.

– Лида…

Черт! Так и хочется крикнуть, что не Лида я! Вы меня спутали, я вообще не должна быть здесь, с вами…

Но у меня язык немеет, запах мужчины усиливается, он манит, и кажется просто невероятным, что я нахожусь в этих крепких руках, он сжимает так, что не вырваться, не убежать. Дверь позади заперта, а окно глухое…

Опять опускает взгляд на мою грудь, не уверена, что ему что-то видно, учитывая, что я вжата в его грудную клетку.

– Зуева уверяла, что сегодня будет особая обслуга, а я все думал, что старая кляча, как продавец на рынке, расхваливает порченый товар. Удивила. Впервые именно то, что нужно.

Губы у него искажаются в оскале хищника, оголяют белоснежные крупные резцы.

– Послушайте!

– Не буду слушать…

Повторяет мое же слово и огонь в глазах перерастает в настоящий пожар, который пульсирует в его теле и передается мне. Восточный мужчина огненного темперамента. Кажется, что у него кожа жжет и я, наконец, делаю попытку отстраниться.

Тщетно только. Передо мной стена, которую не сдвинешь. Не обойдешь.

– Я выполнила свою работу. Отпустите меня. Можно и без чаевых.

Говорю сама не знаю что, просто теряюсь от такого напора, потому что напротив меня голодный лев, который готовится поужинать глупой трепыхающейся ланью.

– Чаевые будут щедрыми. Ты меня радуешь…

Подается вперед и его губы накрывают мои в страстном поцелуе…

Голова идет кругом от сумасшествия, которое творится, скрежет змейки платья раздается неожиданно громко и горячие сильные пальцы оказываются на моей коже, которая покрывается мурашками, меня буквально сшибает харизмой мужчины, его самостью.

Еще никогда и никто так не смотрел на меня, не трогал так откровенно, словно имеет все права. Прекрасно понимаю, что именно от меня хотят, и ловлю себя на том, что несмотря на сумасшедшую неправильность происходящего, внимание мужчины меня будоражит.