Наследник для Шаха

Очередное правило.

– Ой…

Говорю, нацепив на лицо измученную улыбку, губы от напряжения просто не слушаются уже.

– Перерабатываешь ты, Журавлева, молодая девка, а вкалываешь, как мужик, нашла бы себе кого, чтобы не так упахиваться. Вместе все же проще в жизни, чем порознь…

Вещает охранник, пока я быстро ставлю роспись и, ответив что-то невнятное, поворачиваюсь и спешу на выход.

Добротная железная дверь поддается с легкостью и закрывается за спиной, отсекая меня от сумасшествия, которое произошло в моей жизни.

Вот и все, Поля, тебе удалось…

Удалось убежать…

Только сердце в груди не отбивает радостный ритм. Наоборот. Какая-то непреодолимая сила тянет обратно. Хочется развернуться и лететь к Шаху, упасть на кровать рядом с мужчиной и опять потерять голову от его безжалостного ритма, от напора, от чувственного удовольствия, которое он умеет дарить…

«Наивная идиотка, – отвечает голос разума, – он разорвет тебя на маленькие части, как только узнает, кто был рядом…»

Карета превратилась в тыкву, а восточная сказка кончилась, не начавшись.

Выдыхаю тяжко, открываю глаза и взгляд цепляется за внедорожники, которые словно окружили периметр «Элита». Почему-то я не сомневаюсь, чья это охрана.

Очередной кавказец бросает на меня взгляд вскользь. Незаинтересованный, но, тем не менее, оценивающий.

Я отворачиваюсь и поднимаю ворот куртки. Пусть думает, что мне холодно и так я защищаюсь от порывов ветра, а не скрываю свое лицо…

Пока шагаю по просыпающимся улочкам, думаю о многом, но ясно становится одно. В «Элите» я больше не работаю.

Не знаю, почему задумываюсь о том, смогут ли меня найти по паспорту, но прописка у меня не столичная, так что не найдут, не поедут же в мой Мухосранск на поиски той, кто посягнула на тело Шаха, хотя вряд ли мужчина наутро вспомнит очередную девку, с которой провел ночь.

Развлекся и хватит.

Правда, пару человек знают адрес моей съёмной конуры…

Отмахиваюсь. Бред полный. Я не нужна Шахову, чтобы еще и искать…

Пока бреду по улице, думаю, что останься я в номере, пришлось бы получать деньги за отработанное. Мерзко и обидно. Подобного унижения я бы уже не выдержала. Не нужно этого.

Сейчас у меня остается маленькая сумасшедшая сказка с открытым финалом.