Наследник для Шаха

– Алло, мам…

– Полечка! Почему голос такой хриплый? Доча, что случилось?! Заболела?!

– Все хорошо, просто насморк.

– Температура есть? – обеспокоено спрашивает.

– Да нет, просто сопли и голос чутка подсел, а так уже все прошло. Ну, почти. Как папа, как вы там? Что говорят врачи? Мне обещали аванс, – вру. Не будет никакого аванса, но рассказать матери о том, что случилось, не смогу никогда.

– Я как раз поэтому и звоню! Полечка! Не нужно никаких подработок, ты и так вкалываешь, доченька моя. Чудо произошло.

Просто чудо.

Резко выпрямляюсь и обращаюсь вся в слух. Не бывает в этом мире чудес и случайностей. А если и бывают, то платить за них приходится собственной шкуркой.

– Что случилось, ма?

– Помнишь Платона Ермоленко, он с отцом твоим работал?

– Смутно, – отвечаю слегка поморщившись.

Припоминаю какого-то лысоватого мужичка, вечно прикрывающего плешь кепочкой.

– В общем, у него в машине стоит видеорегистратор. Оказывается, в тот день он его не выключил. Забыл, а машина стояла на парковке, аккурат перед тем местом, где с папой несчастье произошло.

Он в тот день приехал, документы в офис заносил и близко припарковался. Не суть. Главное то, что он отцу передал видео, а там все видно! Все нарушения! Я с этой записью к главному пошла, инженеру их, сказала, что в полицию отдам запись, испугались они, Полечка. Сразу всю страховку оформили так, что папу сегодня же оперируют. Прямо сейчас. Понимаешь, Поль?!

– Честно говоря, не совсем, – отвечаю заторможенно, голова раскалывается, – с чего такая доброта, а вдруг они чего плохое сделают, специально навредят?! Мало ли.

Может, от свидетеля так избавиться хотят?!

– Боже, Полечка! Откуда такая недоверчивость?! Эта столица с такими законами жестокими, значит. Ты же у меня светлый добрый человек. Почему думаешь о таком?! Тяжко тебе приходится там, да?

Если бы ты знала, мам…

– Я просто беспокоюсь. То они в сухой отказ шли, а сейчас вот кардинально изменили свое мнение, а вдруг…

– Ничего не сделают, дочка, более того – всю компенсацию выплатят! Не только лечение, но и то, что полагается отцу по закону.

Сумма немаленькая, мы теперь нормально жить будем. Им выгоднее от нас отвязаться, нежели огласить нарушения. Там у них проблемы. Конкуренты есть, в этой войне им не нужно, чтобы их недочеты всплывали, поэтому легче человеку лечение оплатить, нежели миллионы терять…

– Антонина Сановна… – слышу посторонний голос.

– Ну как там, доктор?

– Операция прошла успешно.