Наследник для Шаха

На улице заряжает дождик, барабанит по окну. Трезвонит весело.

Тук-тук-тук…

Прикрываю веки и пытаюсь успокоиться. Подруга долго не берет. Отключаю и сжимаю телефон в руках. Не знаю, что делать. Как быть дальше. И от внезапной трели чуть не подпрыгиваю. Смотрю на дисплей и отвечаю на звонок.

– Привет…

– Журавлева, чего стряслось?!

Задает вопрос сразу же, как только слышит мой подавленный голос.

– Даже не знаю, с чего начать, – отвечаю с горькой иронией.

Не рассказываю о всем том, что у меня случилось, ограничиваюсь лишь инцидентом с Алевтиной Михайловной.

– Вот дрянь первосортная эта твоя “домомучительница”, – выговаривает зло и с шумом выдыхает Таня, а я словно наяву вижу, как сдувает рыжий локон со лба.

– Значит так, Журавлева. Дуй ко мне. Кстати! Как раз соседка моя пакует чемоданы, вроде уже и хату нашла, будет со своим парнем съезжаться. Ты вовремя позвонила. Я-то думала кого искать, чтобы вместе за съем платить, не думала я, что твоя Мудаевна окончательно крышей поедет, но тут ты, считай, в шоколаде.

Вовремя я тебе подвернулась, – звонкий смех Таньки немного поднимает настроение и заставляет улыбнуться.

Она такая. На позитиве. Веселая. Смешливая. Легкая на подъем.

– Хоть какие-то положительные новости за последние сутки, – проговариваю, тоже улыбаясь.

– Что-то мне твой тон не нравится, Поль. Случилось у тебя чего? Кроме твой Алевтины Мудаевны, я имею в виду.

Прикусываю губу, не собираюсь я все по телефону выкладывать, просто молчу.

– Тихо что-то, Журавлева.

Как там в песне завывают? Не молчи… трам-пам-пам, – напевает хитовый мотивчик.

– Тань. С тобой не соскучишься.

– Да чего скучать, Поль. Жизнь одна. Так что все будет хорошо в конце концов, а если этого “хорошо” не видно – значит, не на тот конец смотришь!

Заявляет со всей серьезностью, и я не выдерживаю, хохочу, прижимая трубку к уху, чтобы не уронить в угаре телефон.

– Ладно, Журавлева, давай молча собирай свои манатки и дуй ко мне. Адрес знаешь. Приедешь – готовься к экзекуции! Буду выбивать из тебя информацию.

– Хорошо, – соглашаюсь с легкостью.

Готовлюсь уже отключиться, как Танька напоминает:

– Только платить придется вперед хозяйке, ну и она с тебя депозит выцарапает. Сама знаешь. Тут в столице фейс-контроль, который мы – понаехавшие, не проходим.

Говорит вроде и грустные вещи, но я опять улыбаюсь. Но недолго. Улыбка сползает с лица сразу же, как вспоминаю, как у меня с деньгами. Туго. Их нет.