Изъян

Мы даже выбираем в качестве доноров тех особей второго пола, которые максимально похожи на нас внешне… а если есть Средства, докупаем опцию аналогии личностных характеристик… правда, у меня таких Средств не было. Моя дочь не похожа на меня не только характером. Впрочем, это неудивительно, ведь для её создания использовались не мои яйцеклетки.

– Как так?

– Ты плохо подготовилась к интервью, – Лит самодовольно хмыкает. – Я – стерильна.

– Почему же ты не в ЗОПе?

– Проблемы со здоровьем начались гораздо позже, и я уже не могла попасть в эту структуру.

Для меня сделали исключение.

– В первый раз о таком слышу.

– Плохо, – Лит повела бровью. – В общем, я считаю, что всё должно быть максимально естественно: её приводят ко мне из инкубатора; если я не занята с кем-то другим, мы обговариваем, что я делала в течение тех трёх месяцев, пока мы не виделись, потом идём куда-то по моим делам; если я занята, она ждёт.

– А ты интересуешься, как провела она это время, пока вы не виделись?

– Мне каждый день присылают отчёты из инкубатора о её успехах и провалах.

Честно говоря, она не очень способная, и отчёты весьма однообразны, так что у меня уходит немного времени, чтобы их читать.

– Даже тогда, когда воспитание полностью перешло в обязанности инкубаторов как наиболее эффективных институтов развития личности, психологи утверждали, что родителям необходимо хвалить и поощрять своего ребёнка, уделять ему внимание, и тогда он будет быстрее развивать свои способности. Ты не считаешь, что это до сих пор важно, важно всегда?

– Объясни мне, что такого может сделать человек девяти лет, чтобы его за это можно было похвалить?

– Ну как же…

– Ничего – я за тебя отвечу.

Я скажу тебе так: похвала расхолаживает ребёнка, а забота родителя создаёт иллюзию безопасности, вечной опоры на кого-то ещё, кроме себя. Мы не можем себе этого позволить в современных условиях. Никакой опоры не будет, как только ребёнок достигнет тринадцати лет. Это запрещено законом, хочу тебе напомнить. Моя задача как родителя заключается в финансовом обеспечении моей дочери до периода эмансипации (осталось всего четыре года). Каждый ребёнок представляет собой отдельную личность, и моя дочь – не исключение.

– Ты противоречишь сама себе, – вдруг вклинивается журналистка. – Ты делаешь всё, чтобы она была похожа на тебя.

– Нет. Всё, что я делаю – это финансирую её жизнь от момента планирования зачатия до начала её стажировки в первой профессии.