Колесницы судьбы

Изучает все загадочное, сверхъестественное: телепатию, телекинез, экстрасенсорику и прочая, прочая. Включая инопланетян, да.

– А все, что вы перечислили, – оно существует? Телепатия, телекинез?

– Даже в большей степени, чем вы можете себе представить. А если согласитесь работать с нами и получите допуск, узнаете все в подробностях.

– И вы предлагаете мне с этими загадочными явлениями бороться? Или их изучать?

– И то и другое. В случае необходимости – бороться. В случае возможности – изучать.

Варя на секунду задумалась. Мужик не производил впечатление сумасшедшего или шутника: «Сюрприз! Вас снимает скрытая камера!» Все выглядело более чем серьезно. И глаза у собеседника были, что называется, суровыми: так глядят всякие спецслужбисты – менты, кагэбешники, военные. Правильно давешний официант из кафе «Тривия» сказал: по взгляду чувак, что письмо передавал, на мента смахивает.

Потом, спустя пару месяцев службы, она и сама так научилась, главное – смотреть человеку не в глаза, а в точку посреди лба.

– У меня и без вас прекрасное распределение, – открестилась Варвара. – Не думаю, что вы сможете его перешибить.

– По деньгам действительно вряд ли мы кого-то сможем, как вы выражаетесь, перешибить. Но у нас есть и другие плюшки, помимо действительно очень интересной работы. Например, наши сотрудники имеют свободный доступ к архивам любых ведомств по всей стране. В том числе и самых засекреченных: Минобороны, ФСБ, милиции, прокуратуры.

– Ну и зачем это мне?

– Вы сможете наконец отыскать, кто и почему погубил ваших родителей.

Наконец он открылся. Значит, все, что с ней происходило в последние дни – письмо, переданное официантом, коробка с фотографиями за оградой церкви, шифровка, – все было частью игры этого человека.

– Так, значит, признаетесь? Вы это все делали! С кладбищем, коробкой, фотографиями! Проверяли меня?

Петренко изобразил полное непонимание.

– Вы о чем это?

– О письме со строчками из газеты, о разбитой автомодели среди могил!

– Не понимаю, о чем вы говорите.

Впоследствии, в каких бы прекрасных отношениях они с Петренко ни находились, он никогда ей так и не признался: все, что с ней творилось, было его игрой и ее испытанием. А она ни капли не сомневалась, что за этим стоит он (или его начальники).

Недаром церковь Успения в Вешняках расположена, как оказалось впоследствии, в двух шагах от штаб-квартиры комиссии.