На горизонте горело зарево

Из нескольких досок я смастерил себе кровать и уложил на нее свой огромный солдатский спальник. Ложе получилось жестким.

Я открыл банку тушеной свинины и остаток вечера просидел на чердаке. После заката сильно похолодало, и мне пришлось надеть все теплые вещи, чтобы хоть немного согреться. Стуча зубами от холода, я впервые задумался о том, что мою затею нельзя было назвать мудрой, и ворчал про себя:

– Ну что, доволен? Получай свой настоящий мир, придурок!

Глава 4

Проснулся я рано утром и долго еще лежал на досках в ожидании рассвета.

Должен признаться, вставать было страшно. Мне уже доводилось оставаться на улице, но никогда прежде я не был так далеко от дома. Тысяча километров. От одной этой мысли делалось жутко.

До обеда я скитался по городу. Рассматривал улочки, дома и людей. Жизнь местных текла размеренно. Кто-то спешил на работу или отводил детей в школу, а кто-то, как я, просто лениво бродил и смотрел, чего бы ему урвать, или уныло занимался домашними хлопотами. Просто крохотный городок, где я чувствовал себя как дома, видя в нем единую суть, которая есть в каждом таком городишке.

В полдень мне позвонил Кирилл и сказал, что нашел, где меня пристроить. Я пошел в местный паб дожидаться его прихода. Но Кирилл так и не появился, а лишь перезвонил через час: «Максим уже на подходе. Мне сейчас некогда. Позвони, когда обоснуешься», – и тут же повесил трубку.

Еще через час ко мне подсел незнакомый молодой человек лет двадцати пяти. Выглядел он странно: маленького роста, с чуть придавленной с боков головой и оттопыренными ушами.

Он непринужденно уселся напротив. Плечи его были узкими, подбородок рассекал бледно-фиолетовый шрам. Одет парень был в плотную клетчатую рубашку и черные джинсы. Из-под манжетов выглядывали татуировки. На ногах были вычурные кеды, которые обычно носят жители больших городов.

– Ты Женя? Друг Кирилла? – спросил он, окинув меня взглядом.

– Ну, судя по тому, как меня вчера прокинули, уже, видимо, бывший, – отшутился я.

Парень усмехнулся.

– Я Максим, – он протянул мне тонкую руку. – Давно ты здесь?

– Часа два.

– А в городе? – он вкрадчиво задавал мне вопросы, словно полицейский дознаватель.

– Второй день, – ответил я, чуть нервничая. Я понимал, что, если Максим не пустит меня к себе, мне придется вернуться на чердак.

– Ну, и как тебе? – я сразу догадался, что он не местный. Любой житель провинции безошибочно определит человека из столиц.