Семь мужей Эвелин Хьюго

Гарри откинул голову и рассмеялся.

Внимание прессы Селия привлекла в начале года. Девятнадцатилетняя девушка, она сыграла овдовевшую мать в военной драме. Все только и говорили, что в следующем году она обязательно получит номинацию. Именно такую студия и хотела на роль Бет.

И именно такую особу мы с Руби на дух не переносили.

– Тебе двадцать один, ты замужем за величайшей звездой современности, и тебя только что номинировали на «Оскар».

Гарри был прав, но и я тоже. Селия могла стать проблемой.

– О’кей.

Я готова. Я выложусь на все сто, так что зрители, посмотрев кино, будут спрашивать: «Бет? Это кто? А, средняя сестра, та, которая умирает? А что с ней?»

– Нисколько в этом не сомневаюсь. – Гарри обнял меня одной рукой. – Ты восхитительна, Эвелин. И это знает весь мир.

Я улыбнулась.

– Ты действительно так думаешь?

Это то, что должен знать о звездах каждый. Нам нравится слышать, что нас обожают, и мы хотим, чтобы это повторяли как можно чаще. Уже в более поздние времена люди часто подходили ко мне с такими словами: «Вы, конечно, устали слушать все эти восторги и восхваления», и я всегда, как бы в шутку, отвечала: «О, еще разок лишним не будет».

Но правда в том, что похвала сродни наркотику. Чем больше ее получаешь, тем больше ее требуется, чтобы сохранять равновесие.

– Да, я действительно так думаю.

Я поднялась со стула, чтобы обнять Гарри, но повернулась так, что моя щека, с синяком под глазом, попала под свет.

Гарри тут же пробежал взглядом по моему лицу.

Конечно, он все увидел: синяк, который я старательно скрывала, темное пятно под кожей, кровоподтек, проступающий из-под макияжа-панкейк.

– Эвелин…

Он дотронулся до моей щеки подушечкой большого пальца, словно хотел убедиться, что синяк настоящий.

– Гарри, не надо.

– Я его убью.

– Нет, не убьешь.

– Мы лучшие друзья, Эвелин. Ты и я.

– Я знаю. Знаю.

– Ты сама сказала, что лучшие друзья рассказывают друг другу все.

– Чепуха, ничего серьезного.

Я посмотрела на него, а он на меня.

– Позволь мне помочь. Что я могу сделать?

– Сделай так, чтобы в каждой сцене я была лучше Селии, лучше всех.

– Я не то имел в виду.

– Но это то, что ты можешь сделать.

– Эвелин…

Я осталась непреклонна.

– Нет, Гарри, ничего не будет.

Он понял, о чем речь. Я не могла уйти от Дона Адлера.

– Я мог бы поговорить с Ари.

– Я люблю его. – С этими словами я отвернулась и стала надевать серьги.

Да, так оно и было.